Дверь в библиотеку была приоткрыта. Князь сидел за письменным столом. Рядом с ним, небрежно устроившись на краешке стола, находился Алекс. Братья о чем то тихо разговаривали. Заметив Мари Элен, Николас замолчал.

– Можно поговорить с тобой, Николас? – с улыбкой спросила она, словно не замечая Алекса.

Скрестив руки на груди, Николас откинулся на спинку стула и пристально взглянул на жену своими золотистыми глазами.

– Входи.

Мари Элен подошла к столу, мимоходом взглянув на Алекса. Тот даже не пытался скрывать свое неприязненное отношение к ней. Он окинул княгиню пренебрежительным взглядом, всем своим видом показывая, что она его не интересует. Но Мари Элен знала, что Алекс, как и все мужчины, находит ее привлекательной.

– Я, пожалуй, пойду. – Алекс даже не поздоровался с ней. – Доброго тебе дня, Ники.

Алекс удалился, а Николас не спеша встал и прошел мимо жены, стоявшей перед письменным столом. Она умышленно не села на стул, желая, чтобы муж как следует разглядел ее почти прозрачное платье. Как большинство светских модниц, княгиня не надевала под платье ничего, кроме тончайшей сорочки. Шелк абрикосового цвета обрисовывал каждый изгиб ее тела. И, право сказать, там было на что полюбоваться.

Николас закрыл дверь и повернулся к жене.

– О чем ты хочешь поговорить?

Ее почти обнаженная грудь приподнялась, когда она вздохнула.

– Николас, ты, кажется, сердишься. Но у тебя было время понять, что все эти глупые слухи – вздор?

Он промолчал. Его взгляд был холоден, лицо непроницаемо.

Мари Элен, улыбнувшись, коснулась его руки.

– Я никогда так не поступила бы… я никогда не стала бы любовницей твоего лучшего друга. Князь отстранил ее руку.

– Ты пришла сюда для этого? Намереваясь убедить меня, что не соблазняла моего кузена? – Он покачал головой. – Если это все – уходи. У меня сегодня очень много дел.

Ее охватила злость, но она сдержалась.

– Ты так рассердился. – Княгиня снова коснулась его руки. – Я тебя не виню. Каково услышать весь этот абсурд! Но, Ники, ты не знаешь, как чувствует себя человек, находясь на краю могилы!

– Твоя игра на меня не действует, Мари Элен.

– Я не притворяюсь. Мне было страшно. – Глаза ее наполнились слезами. – Я молода и не хотела умирать. И я боялась молиться Богу, который знает о моих грехах, Ники. Я должна исправиться, чтобы не гореть в аду!

– В таком случае тебе следовало держаться подальше от Саши.

У нее замерло сердце.

– Ники, сколько раз повторять тебе, что Саша – всего лишь друг, причем в большей степени твой, а не мой. Так не может дальше продолжаться, Ники. – Она схватила его за руки. – Я сожалею о своем поведении в прошлом… обо всех своих поступках.

Он спокойно высвободился.

– Я это знаю. Именно поэтому ты отправишься в Тверь.

– Нет! Ты не можешь отослать меня туда! Я ненавижу деревню!

– Я дал тебе полную свободу, но ты ведешь себя вызывающе. И этого я не могу допустить. – Николас отвернулся.

Мари Элен лихорадочно обдумывала ситуацию. Переведя дух, она снова пошла в наступление:

– А как же Катя? Как ты объяснишь ей свой поступок?

– Это мое дело. – Он даже не взглянул на нее.

– Но я – ее мать. Это касается и меня. А если я объясню ей… – осторожно пригрозила Мари Элен.

– Ты мне угрожаешь?

– Конечно, нет, Ники! Я чуть не умерла.