– А зачем? – спросил Горн.

– То есть как? – Эрик даже растерялся.– Ну, знаешь…

– Ладно, скажу иначе: кому это нужно? Самой богине нет дела до таких пустяков. А мы здесь ничего не решаем.

– Постой, а наш Верховный?

– Мон? Ну, этого сюда просто назначили – он и Стражем‑то никогда не был.

– Горн, Горн!..– страдающим голосом предостерег Крауг.

– А чего? Пост не хуже других, только не надо и Мона записывать в идейные. Вдобавок он так же боится перемен, как и все. Но мы‑то, Стражи, хотя бы в результате заинтересованы.

– А Мон, выходит, нет? – спросил Эрик.

– А разве он рискует чем‑нибудь, кроме поста? Случись что, головы его не лишат, тела тоже, даже Избранность и трехбуквенность останутся при нем – он же ни на шаг не отступил от заветов предков, от незыблемых наших традиций. А вот попробуй он что‑либо изменить, а затем, не приведи Духи…

– Но ведь это же глупо! – воскликнул Эрик.

– Вовсе нет – если поставить собственные интересы чуть повыше божественных,– возразил Горн.– Кто же станет любить в ущерб себе – сейчас это даже не модно. Думаешь, Мон один такой?

– Ох, господа… – простонал Крауг снова.

– Да полно вам, Старший, вы же храбрый человек,– отмахнулся Горн.– И разве вы думаете не так же?

– Одно дело – думать…

– А кого бояться – Воителей? Бросьте, сейчас не те времена!.. Вам следует почаще бывать во Дворце – теперь там и не такое услышишь.

– Но ведь есть еще Хранители,– вмешался Эрик.– Или им тоже все равно?

– Ты о чем? – слегка удивился Горн.

– Да о Ю же!..

– Ага.– Горн хмыкнул.– Хранители, ну да… А чего им до наших проблем? Если их что и заботит по‑настоящему, так это сама Истинная Вера. А она‑то последнее время пошла в народе на убыль – ты разве не заметил? После того прокола Ю с десантом на Второй Материк…

– И что же, Веру теперь сможет укрепить только очередное воскрешение Божественной? – в упор спросил Эрик.– К этому ты клонишь?

– Ну, малыш, ты сегодня в ударе! – качая головой, заметил Горн.– Что это на тебя нашло?

– Так это правда?

– Ты сам это сказал – не я. Но, в конце концов, почему бы Ю не пожертвовать собой снова, раз того требует Вера? Ведь, если вдуматься, ничего серьезного богине не грозит – ну, поваляется месяц‑другой в гробнице, всего и дел.

– Н‑да,– угрюмо подтвердил юноша,– какие пустяки… И Хранителям, конечно, видней.– Он покосился на Старшего.– Странные они существа, Крауг, вы не находите?

– Почему? – искренне удивился тот.– Они всегда были такими.

– Ну конечно, вы привыкли – за столько‑то лет!.. Но почему они бессмертны, как и богиня, хотя всего лишь ее слуги? И почему каждый год их погибшие воскрешают так же, как обновляется сама Ю? А можете вы представить себе Хранителя‑ребенка? Я не спрашиваю о стариках, раз уж они живут вечно, но ведь откуда‑то эти скопцы произошли?..

В ответ Крауг только пожал плечами – его‑то подобные вопросы не заботили. Горн негромко рассмеялся, глядя на Эрика почти с умилением. И как только взросло такое чудо в здешнем гадюшнике? – подумал он. Этого бы малыша да в хорошие руки…

– К дьяволу Хранителей,– проворчал Горн вслух.– А что до обожаемой твоей Ю, так ведь и от нас здесь кое‑что зависит, разве нет? Вон Крауг, к примеру, готов положить за нее голову, не задумываясь… Ведь так, старина?

Крауг равнодушно кивнул.