В
письме, которое он отправил стряпчему в Темпл, он сообщал ему о своих
затруднениях, а в постскриптуме настойчиво требовал, чтобы мистер Дрейпер не
вздумал сообщить о случившемся его тетке госпоже де Бернштейн.
Он не желал тревожить баронессу и думал воззвать к ней только в случае
крайней необходимости. Она была с ним так ласкова и заботлива, что ему
претила даже мысль о том, чтобы злоупотребить ее добротой, и он все еще
тешился надеждой, что сумеет обрести свободу прежде, чем она узнает о
постигшей его беде. Ему казалось унизительным просить денег у женщины. Нет!
Сначала он обратится к своим друзьям-мужчинам, - ведь любой из них может его
выручить, если захочет. Собственно, он рассчитывал послать к кому-нибудь из
них Сэмпсона в качестве посредника, но бедняга, поспешив на помощь другу,
сам попал в тюрьму.
Теперь Гарри мог полагаться только на своего чернокожего слугу, и
мистер Гамбо целый день сновал с письмами своего несчастного хозяина между
Темпл-Баром и аристократическими кварталами. Сначала Гарри отправил
конфиденциальное письмо своему родственнику, его сиятельству графу Каслвуду
в собственные руки, описывая, как он попал в тюрьму, и прося одолжить ему
деиег для расчета с кредиторами. "Пожалуйста, сохраните мою просьбу и
причину, ее вызвавшую, в тайне от моих дорогих родственниц", - писал бедный
Гарри.
"Можно ли вообразить себе более неудачное стечение обстоятельств? -
отвечал ему лорд Каслвуд. - Вероятно, вы не получили моего вчерашнего
письма? Должно быть, оно лежит у вас на квартире, куда - от души надеюсь -
вы незамедлительно возвратитесь. Дражайший мистер Уорингтон, полагая, что вы
богаты, как Крез, - иначе я, разумеется, ни под каким видом не стал бы с
вами играть, - я написал вам вчера письмо, умоляя одолжить мне деньги, чтобы
я мог умиротворить некоторых из наиболее алчных моих заимодавцев. Мой бедный
друг! Все ваши деньги до последнего шиллинга сразу же перекочевали в их
сундуки, и если бы не мое звание пэра, я, вероятно, делил бы с вами вашу
темницу. О вашем скорейшем из нее освобождении и возносит молитву искренне
ваш Каслвуд".
Таков был результат первой просьбы о помощи, и мы можем без труда
представить себе, что мистер Гарри читал этот ответ на свои мольбы с
недоумением и растерянностью. Но ничего! Ведь у него есть дядя - добрый,
простецкий баронет Уорингтон. Не далее как вчера тетушка целовала его и
любила, как сына. А дядя призвал на него благословение небес и объявил о
своих отеческих к нему чувствах. Застенчивость и благовоспитанность не
позволили Гарри, когда он пребывал в лоне этого добродетельного семейства,
хотя бы словом заикнуться о пари, скаковых лошадях, игре и прочих своих
проказах. Теперь наступила пора открыть все. Ему придется признаться, что он
мот и грешник, и попросить у них прощения и помощи. |