|
В квартире у Слоуна был убит человек – женщина, указанная в завещании Слоуна как наследница, – и, по‑видимому, Слоун обнаружил ее тело. Когда Гордон сказал им, что у женщины было перерезано горло, Дженкинс на секунду прикрыл глаза и почувствовал дурноту. Прибывшая полиция застала Слоуна обнимающим тело женщины, он рыдал и на вопросы не реагировал. Им пришлось отвезти его в клинику Калифорнийского университета и поручить заботам психиатра по имени доктор Бренда Найт. Доктор Найт, судя по всему, имела опыт лечения больных, страдавших посттравматическим синдромом, и полагала симптомы Слоуна сходными с их симптоматикой. И наконец, в окружном морге находился труп – как утверждал Гордон, мужчина этот служил некогда в армии и имел при себе оружие, которым мог бы отстреливаться целый взвод в течение недели.
Мобильник в руках Дженкинса зазвонил опять. Его номер был известен лишь одному человеку. Он открыл мобильник. – Прилетела? Выйдя от Гордона, они с Алекс поехали в аэропорт. Они оплатили наличными два билета в один конец на Вашингтон. Даже под чужими фамилиями их вдвоем трудно было бы не заметить. Кроме того, беседа с Гордоном вызвала у Дженкинса потребность до отъезда сделать еще одно дело, и так как психиатр от разговора с ним уклонилась, ему пришлось действовать по старинке. Алекс позвонила приятелю в Лэнгли, чтобы он встретил ее в аэропорту с несколькими своими дружками. А пока пусть потихоньку наведет справки о Дэвиде Слоуне. – Все в порядке, – сказала она. – И что тебе известно? – Слоун одиннадцать раз резервировал билеты на восемь рейсов шести авиакомпаний в разные пункты назначения из аэропортов Сан‑Франциско, Окленда и Сан‑Хосе. В каждом пункте назначения он бронировал место в отеле и арендовал машину в агентстве. Он постоянно пользовался кредитной карточкой, так, чтобы все операции легко можно было отследить. Он взял три посадочных талона на разные рейсы с отправкой примерно в одно и то же время. – Игра в наперстки. – Возможно, но ты выбрал правильный наперсток. Один из билетов был на Даллес. Откроешь мне, как ты это узнал? – Чтобы испортить этим весь сюрприз? – Я прослежу за его кредитками и банковскими счетами, но подозреваю, что отныне он будет пользоваться только наличными. Дженкинс был в этом более чем уверен. И слава Богу: если он, Дженкинс, не смог найти Слоуна, может быть, и другие не смогут. – А что насчет татуированного, которого описал детектив Гордон? – Работа идет, но займет время, если хочешь, чтобы все было проделано тихо. – Хочу, – сказал Дженкинс. Он глядел на желтый блокнот, испещренный неразборчивыми записями, чернильными точками и каракулями на полях – блокнот этот он стащил в кабинете доктора Бренды Найт. – Ты в порядке? Ты словно где‑то далеко, – сказала Алекс. Дженкинс думал о деревне среди зарослей и о том, чему был свидетелем тем утром. – Ты разбудила меня. Я дремал. – Как, должно быть, приятно. – Позвоню тебе утром, когда устроюсь. Будь крайне осторожна, Алекс, заклинаю тебя. Он выключил мобильник и принялся изучать блокнот доктора Найт – ее детальные записи ночных кошмаров, преследовавших Дэвида Слоуна, как и его самого.
48
Беррисвилл, Западная Виргиния
Эйлин Блер указала Слоуну на кушетку и передала ему стакан холодного чая с ломтиком лимона. Стакан приятно холодил руки. На внешней стороне его было туманное облачко изморози. Она села в кресло с подголовником, вытряхнула сигарету из пачки «Мальборо», взглянула на него и предложила пачку ему. Слоун отказался. – Вот молодец, – сказала она. Она закурила, положила пачку и зажигалку на кофейный столик и, установив у себя на коленях стеклянную пепельницу и выпуская дым в потолок, сказала: – Никак не могу отделаться от этой проклятой привычки. |
