|
.. С этой штучкой не выйдешь на гризли... — Что вы сделали! — крикнул я, схватив блестящий предмет, который мне подал охотник. Это был стилет с серебряной ручкой, который я в прошлое свое посещение подарил молодому Нарсиссо. — Я полагаю, ничего дурного, капитан... — А каков собой этот мексиканец... какое у него лицо? — спрашивал я тревожно. — Каков собой? Да не особенно красив. Похож на индейца. Не угодно ли, впрочем, вам самим посмотреть: он валяется недалеко отсюда... Я соскочил с коня и бросился вслед за Линкольном в чащу. Шагов через двадцать я чуть-чуть не споткнулся о тело, лежавшее в тени. Оно лежало на спине, а лицо его было ярко освещено лунным светом. Я наклонился над ним. Одного взгляда было достаточно, чтобы удостовериться, что я никогда не видел его прежде. Это был самбо с длинными волосами, похожими на шерсть. По полувоенной одежде можно было узнать в нем гверильяса. Линкольн был прав. — Не правда ли, капитан, хорош? — сказал Линкольн, когда я кончил осмотр. — Вы думаете, он выслеживал нас? — Нас или еще кого, но что он выслеживал — это верно. — Никто не знал, что мы поедем сюда. Едва ли он гнался за нами, — заметил я. — Нет, это очень может быть, — проговорил подъехавший Клейли, — кому-то, наверно, хорошо известно все, что мы делаем. Этот «кто-то» знает, конечно, и об уводе из города Нарсиссо, и о наших визитах на гасиенду... — Да, это верно... А мы все еще медлим... Рауль, вперед, только осторожнее, тише, как можно тише... Мы поехали гуськом по узкой тропинке. Глава XXXI В ПЛЕНУ У ГВЕРИЛЬЯСОВ В полях, окружавших ранчо, все было тихо. Дом стоял цел и невредим. Я начал успокаиваться. — Вперед! — скомандовал я громко. — Капитан! — окликнул меня шепотом француз, придерживая лошадь у живой изгороди, — Ну, что такое? — В том конце аллеи, по которой нам нужно ехать, идет кто-то, — вполголоса сообщил Рауль. — Наверно, кто-нибудь из слуг... Бояться нечего... Вперед... Доехав до конца аллеи, Клейли и я спешились, приказав людям дожидаться нас, и пошли к дому. В нем было тихо, и все казалось по-старому. — Уж не легли ли они спать? — заметил Клейли. — Нет, слишком рано... Может быть, они внизу, ужинают?.. — Вот это было бы очень кстати: я страшно голоден... Мы подошли к веранде. По-прежнему стояла тишина. — Где же собаки? — недоумевал я. Мы вошли в дом. — Странно! — бормотал я. — Никто не показывается... Но куда же девалась мебель? Мы подошли к лестнице. Я взглянул вниз — ни света, ни звука... Я обернулся и вопросительно взглянул на своего спутника. В это время мое внимание привлек странный шорох в тени оливковых деревьев у входа в ранчо. А в следующий момент нас окружила целая гурьба людей, и не успели мы опомниться, как уже лежали на спине со связанными руками и ногами. В то же время послышался шум борьбы в аллее, где мы оставили наших людей. |
