|
— Это развалины, капитан! — проговорил Рауль. — Древний монастырь Санта-Бернардино. — А как ты думаешь, зачем мы остановились тут? — Вероятно, на обед. Ведь утром был лишь легкий завтрак. Мексиканцы с tierra caliente никогда не путешествуют после обеда... Очевидно, здесь мы останемся до вечера. — Не мешало бы и нам отдохнуть, — проговорил Клейли. — Я бы отдал свое трехмесячное жалованье за то, чтобы хоть потянуться как следует... — Они, наверное, снимут нас с мулов, заботясь, конечно, об отдыхе животных, а не о нашем. Это последнее предположение Рауля оправдалось. Нас сняли с седел, крепко скрутили нам руки и бросили на какой-то сырой каменный пол. Захлопнулась тяжелая дверь, послышался мерный шаг часового... Мы остались одни. В сущности, положение наше не изменилось, но мы могли разговаривать свободно, и это казалось нам чуть ли не счастьем... Глава XXXIV КАК ПРОЧЕСТЬ ПИСЬМО? — Ну, что вы слышали по дороге о Дюброске? — обратился я к товарищам. С момента бегства Линкольна никто ничего о нем не слышал. — Я думаю, капитан, — заговорил ирландец, — что он больше не доставит нам никаких неприятностей. Сержант здорово угостил его... — Ну, не так-то просто убить человека одним ударом приклада! — заметил Клейли. — Меня интересует вот что: каким образом добился он так скоро положения среди мексиканцев? — Мне кажется, лейтенант, — ответил Рауль, — что Дюброск бывал здесь и раньше. В Вера-Круце я слышал о каком-то креоле, похитившем девушку из богатой семьи и женившемся на ней. И я почти уверен, что фамилия этого креола была именно Дюброск. Кроме того, я припоминаю, что этот парень был шулером или чем-то в этом роде. Разговоров об этом тогда было достаточно. Я с беспокойством вслушивался в слова француза. Его рассказ вполне соответствовал тому, что я знал раньше. Меня мучила мысль, что это чудовище может иметь какое-нибудь отношение к Гвадалупе!.. Я не стал дальше расспрашивать Рауля: мне было слишком тяжело слушать его рассказы. Наш разговор был прерван скрипом двери. С наших глаз сняли повязку. Свет проникал в нашу камеру лишь через маленькое окошечко, но и этот слабый луч света показался нам сиянием полуденного солнца! Два мексиканца внесли глиняные тарелки, наполненные бобами, и поставили на пол, рядом с нами. — Очень любезные джентльмены! — сказал Чэйн. — Но скажите на милость, как мы будем поглощать наш обед? — Черт возьми! — воскликнул Клейли. — Они не принесли нам ни ножей, ни вилок. И, кажется, не собираются развязать нам руки... — Вы позволите есть нам хотя бы руками? — спросил Рауль одного из гверильясов. — Нет! — ответил грубо мексиканец. — Что же нам делать? — Жрите как собаки!.. — Благодарю вас, сэр, вы очень любезны. — А если не нравится, не ешьте совсем! — заключил мексиканец, выходя со своим товарищем. Тяжелая дверь закрылась за ними. — Благодарю вас, джентльмены! — закричал им вслед Рауль. — Как-нибудь обойдемся... Все же мы должны быть благодарны и за это, — обратился он к нам. |
