– Меня обвиняют по этому делу, Шивон, – сказал Ребус. – Так что некоторое любопытство с моей стороны имеет основание. А с твоей?

– Ну, я просто думала… – Теперь роли переменились и выпутывалась она.

– Что ты думала? – Он поднял руку в перчатке. – Ладно, не имеет значения. Больно видеть, как ты стараешься что‑то придумать. Скажу, что думаю я.

– Что?

– Думаю, что вовсе не дом Ферстоуна ты искала.

– О‑о…

Ребус покачал головой:

– Ты хотела кое‑что выведать. Посмотреть, не удастся ли провести собственное маленькое расследование, может быть, отыскать его друзей… Может быть, кого‑то вроде Павлина Джонсона. Ну как, похоже на истину?

– Зачем бы мне это делать?

– У меня такое чувство, что ты не совсем веришь в смерть Ферстоуна.

– Опять мужская интуиция?

– Ведь ты на это намекала, когда я позвонил тебе по телефону.

Она закусила нижнюю губу.

– Хочешь, обсудим это? – негромко предложил он.

Она потупилась, глядя куда‑то себе в колени.

– Я получила послание.

– Какого рода?

– Подписанное «Марти» и отправленное на Сент‑Леонард.

Ребус задумался:

– В таком случае я знаю, как поступить.

– Как?

– Давай возвратимся в город, и я покажу тебе…

Показать ей он собирался Хай‑стрит и открытую допоздна «Тратторию Гордона», где подавали крепкий кофе и пасту. Ребус и Шивон юркнули в одну из тесных кабинок и заказали по двойному эспрессо.

– Мне бескофеинного, – вовремя вспомнила Шивон.

– А чем же плох обычный? – поинтересовался Ребус.

– Стараюсь ограничить себя в кофеине.

Он принял это к сведению.

– Что‑нибудь съешь или это тоже verboten?

– Я не голодна.

Ребус же посчитал, что голоден, и заказал пиццу с морепродуктами, предупредив Шивон, что ей придется ему помочь. В глубине траттории стояли ресторанные столики, но занят был только один – шумная компания за ним всерьез нагружала желудки, щедро лакируя еду выпивкой. Там же, где расположились Шивон с Ребусом, в кабинках возле двери, подавали лишь легкие закуски.

– Итак, повтори‑ка, что говорилось в том послании.

Вздохнув, она повторила.

– А марка была местная?

– Да.

– Дорогая или подешевле?

– Какая разница?

Ребус пожал плечами:

– Ферстоун, судя по всему, пользовался бы дешевыми марками.

Он внимательно смотрел на нее.

Она выглядела усталой и в то же время нервно‑деятельной – потенциально опасное сочетание. Перед ним, непрошеный, возник образ Энди Каллиса.

– Возможно, Рэй Дафф прольет некоторый свет, – говорила тем временем Шивон.

– Если кто‑то и в состоянии это сделать, то только Рэй.

Прибыл кофе. Шивон поднесла к губам чашку:

– Завтра они собираются приняться за тебя, да?

– Возможно, – сказал Ребус. – Но при любом раскладе ты не должна в это лезть. А это значит, не искать встреч с дружками Ферстоуна. Если Отдел жалоб тебя на этом застукает, они заподозрят заговор.

– Ты определенно считаешь, что Ферстоун погиб в огне?

– Нет причины считать иначе.

– Кроме письма?

– Это не его стиль, Шивон. Он не стал бы посылать письмо, а прямиком направился бы к тебе, явился бы лично, как делал уже не раз.

Она поразмыслила над этими словами.