– Это было полезно, – заметил он, обращаясь к Билли, но так, чтобы и Хоган слышал.

– Я рад.

– Стоило проделать такой путь.

Билли лишь кивнул, довольный, что еще чей‑то день оказался столь же лучезарен, как и его собственный.

– Билли, – сказал Ребус, кладя руку на плечо молодого человека, – мы можем ознакомиться с книгой посетителей? – Билли, казалось, растерялся. – Разве вы не слышали, что сказала доктор Лессер? – продолжал наступать Ребус. – Все, что нам надо, – это даты посещений Ли Хердмана.

– Книга хранится в проходной.

– Тогда мы там и взглянем. – Ребус пригвоздил санитара победной улыбкой. – А кофе выпить, пока мы будем знакомиться там с книгой, возможно?

В проходной оказался чайник, и охранник приготовил две кружки растворимого кофе. Билли отправился назад в больницу.

– Думаешь, он сразу к Лессер ринется? – вполголоса проговорил Хоган.

– Давай действовать побыстрее.

Что оказалось непросто – так уцепился за них охранник. Он расспрашивал об уголовно‑следственном отделе, очевидно, изнывая от скуки целый день взаперти в своей будке с мониторами и нечастыми машинами, которые следовало пропускать. Хоган уделял ему крохи – истории, которые, как предполагал Ребус, он сам же и выдумал. Книга посетителей была старомодным гроссбухом, разлинованным на графы: дата, время, фамилия посетителя, его адрес, фамилия пациента. Последняя графа делилась – фамилия того, к кому идут, и его лечащего врача. Ребус начал с фамилий посетителей и, водя пальцем, пролистал три страницы, прежде чем наткнуться на Ли Хердмана. Почти в точности месяц назад, так что выкладка Найлса оказалась весьма близка к истине. Еще месяц‑другой назад. Ребус быстро записывал детали в свою записную книжку – перо так и бегало по бумаге. По крайней мере, будет с чем вернуться в Эдинбург.

Сделав паузу, он отхлебнул кофе из надтреснутой кружки в цветочек. Кофе был дешевой смесью, из тех, какими торгуют в супермаркетах, – больше цикория, чем кофе. Отец покупал именно такой кофе, экономя несколько пенсов. Однажды, будучи подростком, Ребус принес домой кофе подороже. Отцу не понравилось.

– Хороший кофе, – сказал Ребус охраннику, и тот, казалось, был доволен комплиментом.

– Ну что, закругляешься? – спросил Хоган, уставший рассказывать байки.

Ребус кивнул, но тут взгляд его в последний раз упал на колонку – на этот раз не с фамилиями посетителей, а тех, к кому они направлялись.

– К нам делегация, – предупредил Хоган.

Ребус поднял взгляд. Хоган указывал на экран одного из мониторов. К ним спешила доктор Лессер в сопровождении Билли. Они вышли из больничного здания и шли по дорожке.

Ребус опять обратился к гроссбуху. Там опять значились Найлс и доктор Лессер. Другой посетитель – не Ли Хердман.

Мы же не спросили ее! Ребус готов был кусать себе локти от досады.

– Уходим, Джон, – сказал Бобби Хоган, ставя кружку. Но Ребус не пошевелился. Хоган сделал большие глаза, но Ребус лишь подмигнул ему. Тут дверь распахнулась, и перед ними предстала Лессер.

– Кто разрешил вам, – прошипела она, брызгая слюной, – рыскать по конфиденциальной информации?

– Мы забыли спросить вас о других посетителях, – спокойно отвечал Ребус. Он постучал пальцем по гроссбуху. – Кто этот Дуглас Бримстон?

– Не ваше дело!

– Откуда вы знаете? – Говоря это, Ребус записывал в книжку фамилию.

– Что это вы делаете?

Ребус захлопнул записную книжку и сунул ее в карман.