– Простите меня, пожалуйста, – произнес голос.

– Ничего. Все в порядке.

– Нет, не ничего! Ведь вы просто выполняете свою работу.

– Но это не означает, что вам это должно быть приятно. Как и мне.

– Его пароль – Майлс.

Конечно. Стоило только немножечко подумать.

– Спасибо, Кейт.

– Он любил общаться онлайн. Папа нередко жаловался на колоссальные телефонные счета.

– Вы с Дереком были близки, не правда ли?

– Наверное.

– Не каждый брат сообщает сестре свой пароль.

В ответ – фырканье, даже нечто вроде смеха:

– Я сама догадалась. С четвертой попытки. Он пытался вычислить мой пароль, а я – его.

– А ваш он вычислил?

– Мучил меня по целым дням, прибегая каждый раз с новой идеей.

Левый локоть Шивон опирался о столешницу. Она сжала пальцы в кулак и уткнулась в него головой. Разговор мог превратиться в долгий – такой, какой нужен был Кейт.

Воспоминания о Дереке.

– Вы разделяли его музыкальные пристрастия?

– Да нет же! Он любил все такое созерцательное. Час за часом сидел взаперти в своей комнате, а войдешь – он там с ногами на кровати, а голова где‑то в облаках. Я все пыталась вытянуть его в какой‑нибудь из городских клубов, но он говорил, что клубы эти на него тоску наводят. – Новое фырканье. – Совсем другой стиль, как я думаю. Его ведь, знаете ли, побили однажды.

– Где?

– В городе. После этого, наверное, он и стал таким домоседом. Каким‑то паренькам не по вкусу пришелся его «шикарный» выговор. Такого ведь полно, знаете ли. Мы все сплошняком снобы вонючие, потому что у нас богатые родители, которые платят за наше образование, ну а они несчастные бедняки, которых ожидает только пособие по безработице… Тут‑то все и начинается.

– Что начинается?

– Агрессия. Помню, что на последнем году в Порт‑Эдгаре мы получили письма, в которых нам «советовали» не носить в городе школьную форму, если за нами никто не приглядывает. – Она тяжело вздохнула. – Мои родители бог знает как жались и экономили, чтобы мы могли учиться в частной школе. Может быть, они и расстались‑то…

– Наверняка не из‑за этого.

– Но размолвки чаще всего случались из‑за денег.

– Даже так…

В трубке наступило молчание, а потом:

– Я лазила по Сети, выискивала разное…

– Что именно выискивали?

– Да что угодно… пыталась понять, что заставило его это сделать.

– Вы имеете в виду Ли Хердмана?

– Существует книжка одного американца. Он психиатр или что‑то вроде этого. Знаете, как она называется?

– Как?

– «Дурные люди делают то, о чем хорошие мечтают». Как вы считаете, в этом есть доля истины?

– Может быть. Надо бы прочесть книгу.

– По‑моему, он там утверждает, что в нас всех это сидит… потенциальное стремление… ну, вы понимаете.

– В этом я не разбираюсь.

Шивон все еще думала о Дереке Реншоу. Вот и об избиении ни слова в его компьютерных файлах. Столько секретов.

– Кейт, ничего, если я спрошу…

– Что?

– Дерек не был подавлен, в депрессии, в угнетенном состоянии? Я знаю, что он увлекался спортом и так далее.

– Да, но дома… Он предпочитал слушать джаз у себя в комнате и блуждать по Интернету.