Обычно я неохотно делюсь своими вещами, но, немного подумав, в конечном итоге расстаюсь с ними без сожаления. Я всегда стараюсь спрашивать у девочек, не понадобится ли кому-то лампа ночью, и никогда не злоупотребляю своей очередью у окна, чтобы другие тоже могли подышать свежим воздухом или высушить белье.

Если бы нам удалось создать правильную страну, планы на которую продолжает вынашивать Минерва, я идеально в нее вписалась бы. Единственной проблемой для меня будет то, что эгоисты никуда не денутся. Думаю, тогда я стану одной из них – для самообороны.

Тридцатое июня, четверг, ночь, невыносимая жара, Сантикло принес нам несколько вееров

Мы нашли прекрасный новый тайник – мои волосы!

Вот как это было. Сегодня во время посещения Патрия сунула мне в руку вырезку из газеты. Я знала, что меня будут досматривать – как и всех – на входе и выходе из зала для посетителей. Если кого-то ловят с контрабандой, это считается серьезным нарушением. Можно лишиться права посещений на целый месяц или даже попасть в одиночку. Я попыталась вернуть ей бумажку, но за нами неотрывно следил Кровавый Хуан, а его орлиные глаза дважды не ошибаются.

Время посещения подходило к концу, я нервничала все больше.

Листок прожигал дыру на моем бедре. Тогда Минерва подала знак, которому мы научились у Бальбины: отдай мне. Но я не могла допустить, чтобы поймали ее и она взяла вину на себя. Я лихорадочно соображала, что делать, как вдруг почувствовала вес своей косы на спине, и у меня родилась идея. Я же вечно тереблю свои волосы: то заплетаю, то расплетаю – это одна из моих нервных привычек, которая в тюрьме только усугубилась. Вспомнив об этом, я сложила газетную вырезку в несколько раз, пока она не стала совсем маленькой, и, притворяясь, что поправляю косу, поглубже засунула ее в волосы.

Так вся тюрьма и узнала о покушении.

ОБВИНЕНИЯ БЕТАНКУРА НЕОБОСНОВАНЫ

Ciudad Trujillo, R. D[228]. Мануэль де Мойя выразил возмущение ошибочными и необоснованными обвинениями со стороны президента Венесуэлы Ромуло Бетанкура, который заявил о причастности правительства Доминиканской Республики к покушению на его убийство, произошедшему в столице Венесуэлы Каракасе 24 июня. Президент получил ранения в результате взрыва заминированного автомобиля, мимо которого проезжал президентский лимузин. В своем выступлении из больницы Бетанкур сообщил, что снова подал обвинительное заявление в Организацию американских государств. Отвечая на вопрос о мотивах возможного нападения на него со стороны маленького миролюбивого острова, президент Бетанкур сослался на сфабрикованные данные о заговоре правительства Доминиканской Республики: «С тех пор, как я подал в ОАГ заявление о нарушении Трухильо прав человека, он преследует меня». Де Мойя выразил недовольство оскорблением непорочного достоинства нашего Благодетеля и выразил готовность нашего правительства к любым расследованиям со стороны стран–участниц Организации, желающих установить ложность этих злонамеренных обвинений. ОАГ приняла приглашение и направила комитет в составе пяти членов для проведения расследования в Доминиканской Республике до конца июля.

Первое июля, пятница, ночь, никто не спит, и не только из-за жары!

Всеобщее настроение изменилось за одну ночь. Наше разобщенное движение снова сплотилось, сплетни и обиды отброшены. Весь день не смолкал перестук по стенам. И ведь это я пронесла в тюрьму последние новости!

Трухильо влип по уши, и ему это прекрасно известно. Теперь, когда ОАГ приедет с проверкой, он обязан устроить великолепное представление. Ходят самые разные слухи, вплоть до того, что нас всех помилуют. Все так на это надеются! Кроме, конечно, надзирателей.

– Когда придут гринго, вы, девушки, ведь не будете жаловаться на меня? – спросил нас Сантикло сегодня вечером.