Я так расстраиваюсь, думая о нем, что больше не хочу быть никакой мисс королевой. Но Минерва этого не допустит. Она сказала, что эта страна ни за что не голосовала двадцать шесть лет, и только эти мои смешные маленькие выборы поддерживают хоть какую-то память о демократии. «Ты не можешь подвести своих избирателей, королева Мате!»

Мы, женщины этого университета, особенно благодарны за возможность получить высшее образование, которую предоставило нам государство.

Минерва настояла, чтобы я вставила эту фразу.

Малышка Мину снова начала голосить. Минерва сказала, что она скучает по папочке. И в доказательство того, что мать права, у малышки начался новый приступ рыданий. Тут раздался тихий стук в дверь спальни – это была донья Исабель.

«Что вы тут такое делаете с моим золотком?» – спросила она, входя в комнату. Донья Исабель сидит с малышкой, когда Минерва ходит на занятия. Она одна из тех женщин, которые остаются миловидными в любом возрасте. Седые кудряшки, похожие на чепчик с рюшами, и глаза, мягкие как опалы. Она протянула руки: «Золотко мое, они что, тебя пытают?»

«Что вы такое говорите, – сказала Минерва, передавая ей воющий сверток и потирая уши. – Наоборот, этот маленький тиран пытает нас!»

1957 год

Двадцать шестое июля, пятница, вечер, столица

То, как я веду дневник, – просто катастрофа. В прошлом году всего одна запись, а в этом – половина года уже прошла, а я еще не написала ни словечка. Я тут пролистала свой старый дневник и должна сказать, выглядит он ужасно глупо: все эти «Дорогой Дневничок» и секретные инициалы, будто никто никогда не догадается, о ком шла речь.

Но думаю, теперь мне понадобится компания – потому что я осталась совсем одна. Завтра Минерва получает диплом и переезжает в Монте-Кристи, чтобы быть с Маноло. Я должна ехать домой на остаток лета – хотя это уже совсем не тот дом, что раньше, потому что мама строит новый на главной улице. Осенью я вернусь в университет и буду учиться дальше совсем одна.

Я чувствую себя очень одиноко и печально и скорее jamonita[129], чем свиньей.

Мне уже почти двадцать два, а на горизонте не видно никакой настоящей любви.

Двадцать седьмое июля, суббота, ночь, столица

Сегодняшний день должен был быть очень счастливым! Минерва получила диплом юриста! По такому случаю собрался весь клан Мирабаль-Рейес-Фернандес-Гонсалес-Таварес. Это очень важный день: Минерва стала первой из всей нашей большой семьи (за исключением Маноло), кто окончил университет.

Какой же шок мы все испытали, когда оказалось, что Минерве вручили диплом, но не дали лицензию на практику! Мы же наивно полагали, что Хозяин проявил милосердие к нашей семье, позволив Минерве поступить на юридический. На самом деле он все это спланировал: дать ей проучиться целых пять лет и в конечном итоге выдать ей бесполезный диплом. Как жестоко!

Маноло вне себя от ярости. Я была уверена, что он взбежит прямо на трибуну и будет разговаривать с самим ректором. Спокойнее всех восприняла новость Минерва. Она сказала, что теперь у нее будет больше времени, чтобы проводить его с семьей. То, как она при этих словах посмотрела на Маноло, подсказывает мне, что между ними что-то не так.

Двадцать восьмое июля, воскресенье, вечер, последняя ночь в столице

До сегодняшнего дня я собиралась вернуться в Охо-де-Агуа с мамой, так как моя летняя сессия тоже закончилась. Но новый дом еще не достроен, а в старом было бы тесно, так как туда уже переехала Деде с Хаймито и мальчиками.