– Ой‑ой, – пробормотал Кавано, когда тот обогнул корабль и пошел к Бронски.

– Без паники, – пробормотал Колхин. – Если бы они собирались стрелять первыми, то уже начали бы.

Бронски даже не посмотрел на бхуртала, когда тот подошел к нему. Бригадный генерал несколько минут оживленно разговаривал с мрашанцами, сохраняя важный и уверенный вид, размахивая поддельным удостоверением личности. Один из мрашанцев взял документ и долго рассматривал его, потом неохотно отдал. Бронски вернул карточку в карман пиджака и, коротко кивнув, повернулся и пошел к своему аэрокару. Бхуртала и мрашанцы вернулись в свою машину, и она, подняв облако пыли, взлетела.

– Как прошел разговор? – спросил Кавано, когда Бронски сел в кресло пилота.

– Ни шатко ни валко, – пожал он плечами. – Я сказал, что нас наняли присматривать за их наружной охраной.

– И они поверили? – спросил Колхин.

– Поверили, увидев мое удостоверение, – сказал Бронски. – Но, мне кажется, наше появление их не слишком обрадовало.

– Похоже, часовой механизм запущен, – сказал Колхин. – Может, заглянуть к ним – и деру?

– Спокойно. – Бронски задумчиво рассматривал скальное образование на горизонте. – Мне показалось, что они чуть успокоились, решив из моих слов, что мы не подозреваем о происходящем в крепости. Думаю, они станут за нами следить, так что давайте вести себя хорошо и до поры не лазить через забор. Может, им надоест нас подозревать, а мы к тому времени найдем черный вход в крепость.

– А они к тому времени дозвонятся до столицы и проверят ваше удостоверение, – возразил Кавано.

– А пусть, – хмыкнул Бронски. – Подписал его чиновник, который, как мрашанцы говорят, удалился на медитацию. Теперь ищи его свищи.

Он запустил было мотор. Затем выключил.

– Есть еще две вещи, – проговорил он. – Мрашанцы сказали мне, чтобы я отключил все свои датчики и радио. Надо так понимать: в крепости находится нечто чрезвычайно чувствительное к электромагнитным излучениям. Теперь понимаете, какого рода диверсию надо устроить, когда будем уносить ноги?

Он полуобернулся в кресле:

– И последнее. Если я верно понял информацию на той карточке, что мы нашли на Гранпарре, то операция «Завоеватели‑один» начнется сегодня. Может быть, уже началась. Плохо то, что, если это прямое военное вторжение, под ударом окажется кто‑то в яхромейском пространстве. Хорошо то, что раз тут никаких других людей, кроме нас, не видно, значит, в операцию не вовлечены силы миротворцев. И мы, стало быть, в стороне.

У Кавано похолодело в груди. Перед его мысленным взором возникла гордая Кливересса си Ятур, погибающая среди развалин ее мира. Это вызвало в нем скорбь и горечь.

– А мы никак не можем этому помешать?

– Никак, – прямо ответил Бронски. – Прежде всего, у нас на это попросту нет времени. Мне кажется, следует считать операцию «Завоеватели‑один» уже свершившимся фактом и сосредоточить все наши усилия на выяснении, что же такое «Завоеватели‑два». Вот эту операцию мы еще имеем шанс остановить. Понятно?

– Понятно, – кивнул Кавано.

– Хорошо. – Снова отвернувшись от спутников, Бронски запустил двигатель. – Игра началась. Ну, вперед.

Глава 22

– Часовые на посту номер два в первый раз заметили его около получаса назад, – говорил Такара Холлоуэю, когда они вдвоем осторожно спускались по опасно неровному склону сразу за северной частью периметра лагеря.