Он просто обязан был со мной поделиться. В какой-то момент я разозлилась, вышла из себя… А потом увидела, что он лежит на полу и вокруг головы растекается лужа крови. Я тут же позвонила Боре.

– А почему не в скорую? Может, Герасимова еще можно было спасти.

– Я не знаю. Я так растерялась. – Дубова сжала руки в замок перед грудью так сильно, что костяшки пальцев побелели.

– Так растерялись, что залезли в его чемодан и вытащили коробку с монетами? – не удержался Щедрый.

– Я же сказала: мне очень нужны были деньги.

– Хорошо. Пришел Дубов и…

– Он начал ругаться и звонить. Кирюше надел пакет на голову, чтобы кровь не текла, завернул его в пододеяльник. Пододеяльник, кстати, из Турции, натуральный китайский шелк премиум-класса. – Дубова сокрушенно поцокала языком. – Потом пришел мальчик-сосед. Такой, знаете, хулиганистый. Боря его несколько раз выручал. Они с Борей унесли Кирилла. Потом мальчик вернулся, забрал чемодан, пальто. Все.

«Не все, – подумал Щедрый. Не складывалась у него картинка. – Если все обстояло так, как рассказывает мадам Дубова, зачем ее муж признавался в убийстве и показывал им с Рыбаком, куда спрятал труп? Причем свое поведение он вполне логично объяснял любовью к дочери и необходимостью дать ей доступ к наследству мужа, хранящемуся в банковской ячейке».

– Вы рассказали мужу о коробке?

– Нет. – Дубова поджала губы. – Мне очень – понимаете, – очень нужны были деньги.

– Про деньги я понял с первого раза. Скажите, когда вы планировали сообщить дочери о том, что наследство ее мужа находится у вас?

Дубова разочарованно покачала головой.

– Ничего вы не поняли. Сейчас такое время, когда каждый сам за себя. Нет, конечно же, когда Аленка была маленькой, я для нее ничего не жалела. Но сейчас она выросла, встала на ноги. Красивая, сильная. Через полгода, максимум год, у нее будет новый муж. А у меня уже не будет никакого. Дубов, конечно, хоть мы и в разводе, всегда готов прийти на помощь, он это не раз доказывал. Во всех вопросах, кроме материального. Насчет денег у него как-то не срослось, хотя я очень старалась наставить его на путь истинный.

Деньги Кирилла – целиком и полностью моя заслуга. Это я научила его зарабатывать. Если бы не я, он так и прозябал бы в своем богом и людьми забытом НИИ. Вот только он был слишком мягкотелым. Спасовал перед хейтерами и бросил свой блог, поддался на шантаж мамаши малолетнего преступника, разбившегося на его электросамокате. Я больше чем уверена, не случись того, что случилось, максимум через полгода содержимое коробки перекочевало бы к жадному семейству Котик.

Это – мои деньги. Моя финансовая подушка для спокойной старости. Думаете, дочь поделилась бы со мной? Как же!

Конечно, я бы периодически подбрасывала ей деньжат, покупала бы ее уважение и любовь. И Платону тоже помогала бы иногда. Думаете, современным внукам нужны бабушки с мизерной пенсией? Он даже сейчас, когда я приезжаю, заглядывает в сумку – что бабушка принесла. Сейчас радуется шоколадке, мандаринке. А лет через пять захочет чего-то более существенного – айфон, наушники, ноутбук, тряпки модные, кроссовки.

Вы согласны со мной? Согласны?

Вопрос был риторическим, Дубова была абсолютно уверена в своей правоте. А после суда, когда судья отказал в избрании меры пресечения в виде ареста и Дубова была отпущена под подписку о невыезде, Щедрый впервые усомнился в торжестве правосудия и подумал, что адвокат Васькович и это дело добавит в свою копилку побед.

– Разве вам, Андрей Геннадьевич, не полагается хотя бы часть найденных монет? – спросил Лебедев, когда майор вкратце изложил историю находки.