-  Невозможно, - сказал Илано и снова замолчал.

    -  Раз берег Рассвета называется берегом, значит там есть и море, сказал Апейрош. - А раз это самый последний из всех берегов - значит, это берег Океана. А где есть Океан, там могут ходить наши суда.

    -  Невозможно, - повторил Илано.

    -  Почему же?

    -  Чтобы выйти к вашему берегу, надо обойти Континент. А если бы Континент можно было обойти по Океану, это уже давно бы сделали. А раз этого никто не сделал, значит, это невозможно.

    -  Все однажды делается впервые, - улыбнулся Апейрош.

    -  Не это. Северный путь закрыт льдами. Тысячи лиг льда вам не одолеть даже с очень мощным лоцманом. Я ходил сквозь льды с самим Торосанаги Туамару. Он три дня крошил белые поля и руками, и взглядом. Он высылал перед кораблем демонов. Он зажигал торосы таким жарким огнем, что вода вокруг кипела, и мы ели вареную рыбу, зачерпывая ее прямо из-за борта. Он заставлял воду подниматься, ломая лед. На пятый день он сошел с бака, шатаясь и сказал: «Спать. Больше не могу.» И мы повернули обратно, и еле вырвались из ледяных тисков.

    -  Мы пойдем южным путем.

    -  А на юге вас ждут рифы, там, где Пстерский хребет уходит в воду. И бешеное течение, которое выносит безумцев прямо на рифы. А если вы вздумаете взять мористее, то попадете в воды, где нет ветра и нет течений, а водоросли плавают прямо по поверхности Океана, как ряска в болоте. Там можно простоять в полном штиле полгода, и не почувствовать ветерка. И хорошо еще, если вам удастся уйти оттуда на шлюпках, бросив корабли. В этих плавучих зарослях очень трудно грести. А еще южнее становится так жарко, что вода густеет, будто кисель. Там надо очень много пить, пресная вода кончается уже на второй или третий день, а потом оттуда ветром выносит мертвые корабли с экипажами сушеными, как тарань. И по всему Океану опять рассказывают страшные легенды о вечных скитаниях проклятого богами капитана-некроманта. А потом начинаются безумные края нескончаемых ураганов, где волны в тихую погоду выше мачты, а в бурю их гребня просто не разглядеть. А потом земля Белых Призраков. Когда-то давно я был знаком с одним человеком… возможно, вы слышали - Вальдера Биик.

    -  Капитан Биик! - воскликнул Апейрош. - Конечно, слышали.

    -  Так вот Биик полагал, что вдоль берега Южной Земли можно пройти. Он назвал бы вам единственно возможный путь для вашего предприятия - отсюда прямо на юг, сквозь жару, сквозь бури к снежным пустыням, к призрачным южным берегам. Потом на восток, вдоль границы непостижимого. Биик говорил, что там, хоть и очень холодно, но в море льда немного, хотя встречаются льдины величиной с плавучий город с башнями. А потом, если удастся пройти несколько тысяч миль и уцелеть - опять на север. Опять сквозь бури. Опять сквозь жару. И тогда, если у дальнего берега нет непроходимых рифовых полей… тогда, может быть… Но для этого вам надо было отчаливать не через два дня, а два года тому назад.

    -  Мы пойдем у самой кромки рифового поля Пстеры, - сказал Апейрош. Мы проскочим по границе мертвой воды и водоворотов.

    -  Вы погибнете, - сказал Илано и встал, разминая спину. - Но это ваше дело. Когда смотришь с мостика, вода везде разная. Когда тонешь - она везде одинаковая. А зачем вы это мне рассказываете?

    -  Я приглашаю вас присоединиться к нам, - сказал Апейрош. - Разве вам не хочется первым обогнуть Континент?

    -  Это невозможно, - упрямо сказал Илано.