Они – начало. Что слова поэта,

 что сон и труд искусства перед этой

 бесспорной и немыслимой судьбою?

 В пылу и ужасе перед святыней,

 наследники Уитмена ступили

 в мир не тревожимой от века пыли,

 все той же до Адама и поныне.

 Эндимион, ласкающий сиянье,

 крылатый конь, светящаяся сфера

 Уэллса, детская моя химера —

 сбылась. Их подвиг – общее деянье.

 Сегодня каждый на Земле храбрее

 и окрыленней. Многочасовая

 рутина дня исчезла, представая

 свершеньями героев «Одиссеи», —

 двух заколдованных друзей. Селена,

 которую томящийся влюбленный

 искал века в тоске неутоленной, —

 им памятник, навечный и бесценный.

Вещи

Упавший том, заставленный другими

 И день и ночь беззвучно и неспешно

 Пылящийся в глубинах стеллажей.

 Сидонский якорь в ласковой и черной

 Пучине у британских берегов.

 Пустующее зеркало порою,

 Когда жилье наедине с тобой.

 Состриженные ногти вдоль петлистой

 Дороги через время и пространство.

 Безмолвный прах, который был Шекспиром.

 Меняющийся абрис облаков.

 Нечаянная правильная роза,

 На миг один блеснувшая в пыли

 Стекляшек детского калейдоскопа.

 Натруженные весла аргонавтов.

 Следы в песке, которые волна

 С ленивой неизбежностью смывает.

 Палитра Тёрнера, когда погасят

 В бескрайней галерее освещенье

 И только тишь под сводом темноты.

 Изнанка многословной карты мира.

 Паучья сеть в укромах пирамид.

 Слепые камни. Ищущие пальцы.

 Тот сон, который виделся под утро

 И позабылся, только рассвело.

 Начало и развязка эпопеи

 При Финнсбурге – те несколько стальных

 Стихов, не уничтоженных веками.

 Зеркальный оттиск букв на промокашке.

 Фонтанчик с черепахою на дне.

 Все то, чего не может быть. Двурогий

 Единорог. Тот, кто един в трех лицах.

 Квадратный круг. Застывшее мгновенье,

 Которое Зенонова стрела

 Летит до цели, не сдвигаясь с места.

 Цветок, забытый в «Рифмах и легендах».

 Часы, что время и остановило.

 Та сталь, которой Один ствол рассек.

 Текст неразрезанного тома. Эхо

 За горсткой конных, рвущихся в Хунин,

 Что и поныне чудом не заглохло,

 Участвуя в дальнейшем. Тень Сармьенто

 На многолюдном тротуаре. Голос,

 Который слышал на горе пастух.

 Костяк, белеющий в барханах. Пуля,

 Которою убит Франсиско Борхес.

 Ковер с обратной стороны. Все вещи,

 Что видит только берклианский Бог.

В опасности

Это любовь. Я должен спрятаться или сбежать.

Стены ее темницы растут как в страшном сне. Прекрасная маска сменилась, но она, как всегда, единственная. На что мне мои талисманы: литературные упражнения, беспорядочная эрудиция, изучение слов, в которых суровый Север воспевал свои моря и мечи, бескорыстная дружба, галереи Библиотеки, простые вещи, привычки, юная любовь моей матери, тени погибших в сражении предков, вечная ночь, вкус сновидения?

Быть с тобой или быть не с тобой – вот мера моего времени.

Уже разбился кувшин у фонтана, уже человек поднялся на зов петуха и скрылись во мраке глядящие в окна, но и сумрак не приносит покоя.