— Даже брат?

— Он только успел сказать, чтобы я нашла вас, вы единственный, кто как-то в курсе и может заняться розыском мальчика. Он ещё просил сказать, что мы оплатим все ваши услуги.

— Мы — это ваши брат и мать, или вы имеете в виду и себя тоже?

— И себя, и маму. Мы не бедные люди, хотя и не такие богатые, как он. Спорт тоже даёт какие-то деньги, особенно в последнее время.

— Так вот что мне хочется вам сказать. В последнее время я получаю достаточно большие деньги, я имею в виду, разумеется, себя. Так что, как вы сами понимаете, мне вполне хватает. Тем более, что я не частный сыщик. Я занялся этим делом потому, что во время нападения убит мой племянник, и я должен найти убийц. Но, как я понимаю, убийц убрали другие бандиты, так что моя миссия вроде как бы выполнена. Тем более, что у меня нет даже минимальных полномочий на какие бы то ни было самостоятельные розыски и расследования. Но я считаю делом чести вернуть мальчика, потому что однажды мог и должен был это сделать, но у меня его вырвали буквально из рук, я чувствую вину перед ним.

Да и просто по-человечески я не имею права отказать вам.

От вас мне потребуется только одно. Я дам вам все свои данные, выпишу доверенность и попрошу через адвокатов вашего брата, как можно быстрее получить для меня лицензию частного детектива, чтобы иметь хотя бы какие-то оправдательные документы в случае, если мне предъявят претензии за моё излишнее любопытство. Процесс получения такой бумаги весьма длителен и кропотлив, а мне всё это нужно, как говорят, ещё вчера. Я могу вмешаться в интересы следственных органов, мне такая бумага крайне необходима, иначе мою деятельность могут пресечь превентивным арестом, поскольку я занимаюсь тем, на что прав не имею.

Алёна обещала всю возможную помощь, тут же связалась с юристами банка, и те пообещали быстренько провернуть это дело, у них были свои ходы выходы в чиновничьих кабинетах. Хотя, как я понял из разговора, известие о том, что кто-то посторонний будет заниматься расследованием этого дела, их в восторг не привело. Но тем не менее, надо отдать им должное, отказа не последовало. Более того, мне была обещана всевозможная помощь и юридическое прикрытие в случае чего.

Мы ещё побеседовали с Алёной, вопросов было много. Мне она определённо понравилась. Сильная женщина, крепкий характер, прямая, честная, предельно собранная.

— Ой, смотри, подполковник! — одёрнул я сам себя.

Валерий Соколов по кличке «Соколик»

Подмосковье, Барвиха. Охотничий домик

Среда, 4 марта

10 часов 37 минут

Я посмотрел на часы и только присвистнул. Ну и здоров же я спать! Повертел головой, в полумраке увидел спящего на нарах Славку. Тоже намаялся, бедолага. Ещё бы. Сюда мы добрались только вчера поздно вечером. Добирались мы трудно, осторожно, с опаской. Остаток ночи безумного понедельника и почти весь день вторника мы отсиживались в трубе под мостом кольцевой автодороги. Вылезти рискнули только к вечеру. Пока сидели, я вспомнил про это место. Если мы и могли где укрыться, то только здесь. Когда-то, во времена своей воинской службы, досталось мне с ребятами охранять важного осведомителя, которому нужно было лечь на дно.

Через него удалось получить доказательства на несколько крупных авторитетов в Москве, и нужно было его спрятать на время. Вот тогда наше начальство и отправило нас с этим свидетелем сюда. Говорили, что этот маленький охотничий домик в самом сердце фешенебельных дач высших чиновников государства когда-то был действительно охотничьим домиком, построенным якобы специально для Лаврентия Палыча Берии.