— Всё верно, но милиция погорячилась, как видно решили, что комната принадлежала убитому, и когда стали обыскивать после убийства комнату, взломали почему-то шкаф, Пока разобрались, пока то, да сё.

— Хорошо ещё, что вас не арестовали.

— Это просто случай. Всё было продумано. И это жестокий прокол убийцы.

— Чем же ему Арик помешал?

— Я думаю, что на этот раз ничем он не помешал. Это я помешал.

— Но убили-то Арика.

— Его просто легче убить. Это раз. А во вторых, убили его из моего пистолета, на котором мои отпечатки пальцев.

— Неужели кто-то всерьёз рассчитывал посадить вас? Неужели вот так вот запросто удалось бы повесить на вас это убийство?

— Это, конечно, вряд ли, но кроме пистолета имелось ещё незарегистрированное оружие, боеприпасы. Словом, посадить меня явно не рассчитывали, но выключить на время из игры, безусловно, намеревались. И правильно всё рассчитали, кроме того, что вмешается полковник Михайлов. Меня даже при наличии железного алиби, должны были арестовать хотя бы уже за хранение оружия, до выяснения обстоятельств, только его вмешательство спасло. Так что расчет у преступника был верный, только он добился обратного результата: вместо того, чтобы избавиться от меня, он только приблизил меня к разгадке.

— Зачем же ему было вас выключать на время, и в чём вы приблизились к разгадке?

— А знаешь, Артур, кого ты мне напоминаешь? — усмехнулся Михаил Андреевич.

— Не знаю, — растерялся я.

— Ты своим неистребимым любопытством напоминаешь мне доктора Ватсона.

— А что! Неплохая, кстати, идея. Раз на телевидении моя карьера не состоялась и я безработный, сяду писать записки про Шерлока Капранова.

— Сначала нам надо докопаться до истины, а потом уже можно писать записки.

— И всё же, зачем он вас выключал на время, и в чём вы ближе к разгадке.

— Вряд ли преступник всерьёз мог надеяться на то, что такие, слишком явные улики, смогут послужить поводом для моего обвинения. Значит, ему нужно было, чтобы меня убрали на время. А это значит только одно, я очень близко подошёл к нему, хотя и сам об этом не догадывался. И теперь мне остаётся всего-навсего догадаться, где и когда я стоял совсем рядом. И ещё: я почти на сто процентов уверен, что шкаф не взламывали, значит убийца Арика имел ключи от него. Я позвонил в контору, которая делала этот шкаф на заказ, они уверили меня, что частным образом такие шкафы и ключи к ним изготовить невозможно, и обещали проверить всю картотеку заказчиков, чтобы сделать для меня выборку с фамилиями тех, кто делал у них подобные заказы, а так же тех, кто мог иметь доступ к картотеке и к ключам. Кроме того: у меня есть ещё кое — что, но это сюрприз, сначала надо дождаться одного гостя.

— Это кого же?

— Полковника Михайлова, моего ангела-хранителя, заступника. Сидеть бы мне сейчас, если бы не он.

— А как же с оружием?

— За пистолет ответить придётся, и это вполне справедливо, из него всё же человека убили, но он, слава богу, зарегистрированный, но могут лишить лицензии на право ношения оружия, а для частного детектива это печально.

— Вернётесь на службу, и будет у вас оружие, — успокоил я его.

— На службу я, Артур, не вернусь. Всё. Решил окончательно и бесповоротно. Уже позвонил своему начальнику, хотел подать ему рапорт об увольнении, но он посоветовал мне отгулять сначала отпуск, а потом увольняться, что я и делаю.

— И что, неужели вы всерьёз намерены заняться практикой частного детектива?

— А почему бы и нет? Какая никакая, а польза, возможно, будет.