Толпа уже собралась. Голоса, шум, свет.

Он увидел Громова. Граф стоял у колонны.

— Александр Борисович? — голос Громова прозвучал как гром среди ясного неба.

Мастер вздрогнул — это вышло естественно. Он обернулся, натягивая на лицо маску жалкого, перепуганного интеллигента.

— Ох, Виктор Андреевич… Это вы… Напугали…

Громов смотрел на него изучающе. Слишком внимательно. Он заметил. Заметил грязь, заметил состояние.

«Вы в порядке? Выглядите, прямо скажем, не очень…»

Мастер начал лепетать оправдания, пряча грязные руки за спину, комкая платок, пытаясь скрыть дрожь, которая была вызвана не страхом перед результатами, а чудовищным перенапряжением всех систем организма.

Громов поверил. Или сделал вид, что поверил. Посоветовал успокоительное.

«Знал бы ты, граф, какое успокоительное я приготовил для тебя под своей кроватью», — подумал Мастер, стараясь удержать губы, чтобы они не расползались в ухмылке.

Свет мигнул.

— Внимание всем участникам! Готовность три минуты…

* * *

Я повернул голову. В этот раз заявленные три минуты пролетели незаметно. Ровно в назначенный срок на кафедру поднялся генерал.

Он не стал тратить время на приветственные реверансы или долгие вступления. Видимо, понимал, что уровень кортизола в крови присутствующих и так достиг критических отметок, и затягивать представление было бы просто негуманно. Или, что вероятнее, сам хотел поскорее закончить с официальной частью.

— Господа и дамы — обратился он. — Не буду вас томить. Вы устали, мы тоже поработали на славу. Комиссия завершила проверку всех протоколов.

Он открыл лежавшую перед ним папку.

— Скажу сразу: это было любопытно. Мы оценивали вас по двум критериям. Первое — насколько изобретательно и, главное, анатомически достоверно вы смогли сфальсифицировать картину смерти. Второе — насколько проницательны вы оказались, распутывая клубок лжи, созданный вашими коллегами.

Генерал обвел зал взглядом.

— Итоги подведены. Списки сформированы. Те, кто не услышит своих фамилий, покидают проект. Но… — он поднял палец, останавливая нарастающий шепот. — Отправка домой состоится не завтра утром, как планировалось ранее, а послезавтра. Почему такая задержка, спросите вы? Об этом вы узнаете чуть позже. А пока приступим к результатам.

Генерал начал читать.

— … Абрамов — Волкова. Прошли.

— … Белов — Игнатьев. Прошли.

Я слушал, скрестив руки на груди. Чужие имена пролетали мимо сознания, не задерживаясь. Меня интересовали только конкретные люди.

— … Елизарова — Дубов.

Генерал сделал паузу, перевернул страницу.

— Прошли.

Я выдохнул. Краем глаза я увидел, как Дмитрий, стоявший неподалеку, победно сжал кулак, а Мария, кажется, прикрыла глаза, что-то тихо шепча себе под нос. Отлично. Эта парочка заслужила свое место в дальнейшем мероприятии.

Чтение продолжилось. Группы отсеивались одна за другой. Кто-то сдержанно кивал, кто-то опускал голову, скрывая разочарование.

— … Громов — Крылов.

Моя фамилия прозвучала буднично.

— Прошли.

Рядом со мной Александр Борисович издал звук, похожий на сдувающийся воздушный шарик. Он покачнулся, схватившись за колонну, чтобы не упасть. Его лицо, и без того бледное, пошло красными пятнами от прилива крови.

— Виктор Андреевич, — просипел он, вытирая лоб рукавом, окончательно забыв о приличиях. — Виктор Андреевич, мы… мы смогли!

Я коротко кивнул ему, сохраняя невозмутимость. Конечно, смогли. Иначе и быть не могло.

Генерал продолжал.