Владелец щелкнул мышкой, проматывая таймлайн.

— Вот, — сказал он. — Кажется, это оно.

На черно-белом экране, зернистом, но достаточно четком, появился перекресток. Пустая дорога. Светофор горит красным. В левой части кадра замер в ожидании зеленый седан. Камера висела неудачно для полной идентификации: она захватывала только левую сторону машины и багажник. Водительская дверь, заднее левое крыло. Остальное скрывала тень и неудачный ракурс.

— Стоп, — скомандовал Владимир. — Теперь медленнее.

Следом за седаном в кадр вполз черный джип. Он встал вплотную, перекрывая обзор еще сильнее.

Владимир подался вперед, впиваясь глазами в монитор.

Стекло джипа опустилось. Даже на записи было видно, как оттуда высовывается ствол с глушителем.

— Сейчас будет стрельба, — пробормотал владелец, отворачиваясь.

Но выстрелов не последовало.

Седан дернулся словно от удара, но не сдвинулся с места. Ствол пистолета дернулся вверх вместе с рукой, выплюнув пламя в небо.

Началось движение. Водительская дверь седана не открылась. Вместо этого на записи было видно, как тень внутри салона метнулась вправо. Человек выпал из машины с противоположной от камеры стороны. Теперь корпус его собственного автомобиля надежно скрывал его от объектива.

Следователь нажал на паузу.

«С первым стрелком что-то случилось. Его подельники замешкались, и тот, кто сидел в правом автомобиле воспользовался этим, вынырнув наружу с пассажирской стороны. Быстро сориентировался».

Он снова нажал на кнопку «пуск», продолжая смотреть запись.

Из джипа открыли беспорядочный огонь. Пули крошили стекла седана, выбивали искры из крыши.

Владимир всматривался в зернистое изображение, пытаясь разглядеть хоть что-то за корпусом машины.

— Он там прячется? — спросил владелец.

— Тихо, — шикнул Владимир,

На записи стрельба внезапно оборвалась. Не затихла, а именно оборвалась.

— Опустошили все магазины, перезаряжают, — объяснял он сам себе внезапную паузу.

Но затем следователь заметил движение. Над крышей седана, буквально на долю секунды, мелькнула кисть руки. Резкий, рубящий жест. Размытое пятно.

И все.

Сначала он подумал, что ему показалось, и поэтому отмотал назад на несколько секунд, затем пересмотрел. Затем еще раз. И еще. Нет. Ему не кажется, над крышей машины однозначно мелькнула рука.

Черный джип превратился в гроб, потому что больше не было никаких движений.

Через несколько секунд из-за корпуса седана появилась фигура. Человек поднялся во весь рост. Он держался за плечо.

— Он ранен, — снова прокомментировал Владимир Арсеньевич.

Камера была слишком далеко, чтобы разглядеть лицо. Видны были лишь общие очертания: высокий, статный, в пиджаке, темные волосы.

Он подошел к джипу, заглянул внутрь. Постоял секунду, словно проверяя работу, после чего огляделся по сторонам, явно высматривая камеры и, судя по всему, не нашел. Владимир хмыкнул. Это было не удивительно, ведь эту камеру он и сам заметил только потому что на дворе было светло.

А затем участник происшествия спокойно, даже буднично вернулся в свой расстрелянный автомобиль, смахнул стеклянную крошку с сидения и захлопнул дверь. Машина, вильнув расстрелянным корпусом корпусом, рванула с места и исчезла из кадра.

— Это… это что сейчас было? — прошептал владелец магазина, глядя на экран вытаращенными глазами.

Владимир Арсеньевич медленно выпрямился. Он достал флешку из кармана и положил её на стол.

— Скиньте мне этот фрагмент, — сказал он.