Рукав его двубортного пиджака пролетел в опасной близости от соусницы.

- Те настоящие мужчины, которых я знал, были весьма неприхотливы в еде,- наконец поддержал беседу я. - Лазаревич, например, говорил, что всё, что попало в котел и шевелится - протеины, не шевелится- витамины, скрипит на зубах - минералы.

- Этот ваш Лазаревич - тоже боевой офицер? - поднял красивую бровь Веста.

- Нет, коммерсант. Был, - отрезал я и склонился над перепелом.

Рыбу, птицу и девицу берут голыми руками, говорите? За что тут браться-то?

Музыканты взялись за инструменты, первые медные аккорды принялись кружить по залу. Пассажиры ухватили столовые приборы и с новой силой принялись за еду. Интересно, каково это - выступать перед жующими людьми?

Когда Изабелла Ли запела, я отложил перепела в сторону и прикрыл глаза - это было чудесно, пусть я и понимал слова с пятое на десятое, уж больно интересный говор она использовала, исполняя авторские композиции. Наверное, что-то местечковое.

Идиллию прервал нарочито-возмущенный молодой женский голос:

- Гарри, убери от меня руки, грязное животное! - ну, началось.

Эта парочка всех уже здорово допекла. То ли молодожены, то ли любовники, записаны они были под фамилией Вильсон. Гарри и Барбара Вильсон. Эксцентричные, по всей видимости - в средствах не ограниченные, дерганные, истеричные... Нуар, богема и всё такое.

Бледная тонкая ладошка Барбары прилетела прямо по гладко выбритой щеке Гарри, издав звонкий шлепок. Молодой человек, ничтоже сумняшеся, размахнулся и влепил пощечину ей в ответ - а потом схватил за талию и притянул к себе. На мгновение они слились в страстном поцелуе. Вот это любовь, да? Нет.

Оторвавшись от возлюбленной, Гарри щелкнул пальцами:

- Вина! Вина, официант, черт бы вас побрал!

Интересно, я один заметил в вырезе коктейльного платья Барбары шлейку от набедренной кобуры для скрытого ношения оружия? Причуды богатых - или..? По крайней мере Веста пялился на другой вырез - немного повыше.

Наша секция постепенно заполнялась. Пришла вдова Моррис - пожилая строгая женщина, сангвинический живчик - доктор Сартано, желчный и скупой мсье Роше, в высшей степени благовоспитанные и приятные сестры Медоус из Альянса и какой-то нихондзин в цивильном костюме, который смотрелся на нем так же уместно как я - на лошади верхом. Он явно привык к совсем другой одежде. И фамилия у него была забавная - Егучи. Егучи-сан.

Этот Егучи с Вестой поглядывали друг на друга с подозрением. Хотя, учитывая специфический разрез глаз нихондзина - было похоже, что он на всех поглядывает с подозрением.

- Бон аппетит! - сказал доктор Сартано и устроился за своим столиком.

- Пойдем танцевать, милый! - Барбара Вильсон потянула Гарри из-за стала.

Это значило, что нам всем предстоит что-то вроде парного стриптиза - хотим мы того или нет. Раз-другой это было даже пикантно, но потом - просто противно. Хотя, стоит признать - я на них пялился, да. Но не потому что меня привлекали весьма сомнительные прелести миссис Вильсон, а из-за кожаной шлейки на бедре. На кой черт им оружие? Так же как и я - что-то скрывают?

Вдова Моррис демонстративно поднялась со своего места и сказала официанту:

- Принесете мне ужин в каюту!

Под самой сценой извивались Вильсоны. Кажется, даже Изабелла Ли смотрела на них неодобрительно.

***

Куда Вильсоны не ходили - так это в шахматный клуб. То есть клуба на самом деле никакого не было: если погода позволяла, несколько досок ставили на верхней палубе, под навесом, и любой желающий из первого или второго класса мог прийти сюда поиграть. Если бы у меня был выбор - я бы лучше переселился во второй класс. Инженеры, бизнесмены средней руки, учителя, врачи, журналисты и авантюристы - вот публика по мне. А высшее общество... По крайней мере на этом корабле от него попахивало гнилью.

Я устроился на легком, угловатом стуле, и высыпал на столик простые деревянные фигуры.