- Именно... И ради этих самых специалистов я здесь и нахожусь.

Он поставил конем вилку и выбил из игры одну из моих ладей. Вот ведь проходимец! Ну ничего, настало время для решающего удара - или пан, или пропал! Мой мощный правый фланг, укрепленный ферзем и второй ладьей перешел в атаку, и Сартано на некоторое время замолчал, пытаясь выработать ответную стратегию. На доске стало пустовато, появился оперативный простор.

- А вы по политическим взглядам кто, поручик? Монархист, республиканец? Как у вас с этим в корпусе? Я, например, либертарианец. Устройство Сипанги кажется мне наиболее эффективным. Отпустите вожжи бизнесу - и невидимая рука рынка порешает большинство проблем общества. Действуя по законам выгоды, предприниматель волей-неволей работает на благо окружающих...

Я прикрыл глаза и вспомнил чумазых малолетних рабочих на рудниках северо-востока, синих от голода жителей столицы и спекулянтов, задирающих цены во время неурожая семилетней давности. Невидимая рука рынка? Ну-ну... Так случаются социальные революции. А вслух сказал:

- Нет такого преступления, на которое не пойдет капитал ради прибыли в триста процентов...

- Это кто сказал - Новодворский? Вы что - социалист?

- Это сказал один из лаймовских профсоюзных лидеров. А я - пессимист.

- Пессимизм - это состояние души, а не система политических взглядов! - Сартано был доволен, он загнал моего короля в угол, но не видел грядущей вилки, которая угрожала его ладье или ферзю.

- Ну почему же? Считаю, что хороший политик и хороший человек - понятия несовместимые, - вещал я, уничтожая фигуры доктора одну за другой. - И в принципе не надеюсь на то, что та или иная государственная машина, или политическое учение может кого-то осчастливить. Задача любого государства - защищать самое себя. Задача любой политической партии - захват, удержание и использование власти для реализации собственной программы. Государство - слуга народа? Какая дичь... Общественный договор - миф! Никто ни с кем не договаривался. Есть чудовище, которое мы кормим, чтобы оно защищало нас от других чудовищ - например, ваших волшебных бизнесменов - и при этом не сожрало нас с потрохами. Вот и всё.

- Выходит, вы служите чудовищу? - он приуныл, оставшись со своим королем и парой легких фигур.

- Получается, так. Но мое чудовище говорит на понятном мне языке, не строит из себя зайчика и в данный исторический период наконец занялось заботой о нас, грешных, ибо почуяло, что скоро жрать будет некого. Стадо нужно подрастить, откормить и пополнить свежими овечками и баранами... Чем я и занимаюсь. И вполне осознанно - на нашем лугу подросла зеленая травка, и пастух симпатичный и на скрипочке играет, а псы - дрессированные и кусают только самых тупых баранов, - играть роль желчного пограничника мне даже нравилось.

- Вы говорите жуткие вещи! - Луиджи Сартано видел, что проиграл и потому расстроился. - Я требую реванша - и в беседе, и в игре. Думаю, мне удастся вас переубедить, вот только прибудем на Сипангу - и я вам там всё покажу...

А вот это было очень кстати!

- С превеликим удовольствием, доктор. Ловлю вас на слове! - аппенинец погрозил пальцем, встал со стула, забрал свою подушечку и пошел в сторону буфета.

Разбросанные по столу шахматные фигуры пришлось убирать мне.

V ГЕРМЕТИЧНЫЙ ДЕТЕКТИВ

Йозеф Герлих взошел на борт в Дагоне.

Вот уж где я не мечтал оказаться, и кого не планировал встретить... "Голиаф" пополнил тут запасы топлива и взял несколько пассажиров. Со свежими продуктами в Федерации нынче было туговато, а вот со свежими газетами - полный порядок.

Не желая светиться перед таможенными чиновниками я подождал, когда лайнер наберет ход и отчалит - и тут же выскочил на палубу в надежде первым поживиться федералистской прессой.