– Абсолютно, – ответил Маг. – Он работает в соседнем квартале на этой же улице, и я слышал, что у него очаровательная синекожая ассистентка…

Продолжения я слушать не стал. Выбежал через дверь черного хода до того, как он закончил предложение, и минутой позже барабанил в закрытую дверь ночного клуба «Пурпурные Туманы».

Наконец она приоткрылась, из нее высунулся костлявый старикашка.

– Хватит стучать! – проскрипел он. – Я тебя слышу.

– Дай мне войти!

– Мы закрылись, сезон закончился.

– Какой сезон? – выкрикнул я. – Что происходит? Когда вы откроетесь?

Старикашка пожал плечами.

– Откуда мне знать? Может, никогда.

– Что ты такое говоришь? Где Маг Пурпурных Туманов?

– Сегодня покинул планету вместе со своей красавицей ассистенткой.

– Когда вернется?

– Понятия не имею, – последовал ответ. – Не оставил и адреса, где его искать.

Я, конечно, отправился на поиски, уж очень хотелось признаться в любви Звезде Вифлеема. Почти год безрезультатно рыскал по галактике, но потом встретил пару Королев Пиратов и Верховную Жрицу, которые выглядели так, словно у каждой было по паре дополнительных легких, и в итоге образ Звезды стерся из моей памяти. Остались только синяя кожа и, понятное дело, красота.

Что же касается Мага Пурпурных Туманов, полагаю все, что говорили о нем, – правда. Но он не умел показывать карточные фокусы, а те, кто его знал, отмечали, что он не так, чтобы очень, владел лучевиком или глушаком и, в силу своего возраста, не мог в полной мере насладиться прелестями Звезды Вифлеема. Поэтому, думая о нем, я задаюсь вопросом, а стоит ли знать все секреты Вселенной?

* * *

– Если б с твоей помощью мне удалось привезти его к Эдди Высокие Ставки, я бы показал тебе, сколько он стоит, – усмехнулся Ставлю‑Планету О’Грейди.

– Знаешь, обо всей этой истории с тайнами Вселенной я могу сказать только одно, – заявила Золушка. – Много шума из ничего.

– Это в каком смысле? – спросил О’Грейди.

– Ты не слушал. Самая умная машина галактики дала Аргилю ответ, который он мог бы получить чуть ли не от любого пьяницы в близлежащем баре. А Маг Клубящихся Туманов, как выясняется, только и умеет, что показывать карточные фокусы.

– Это правда, – кивнул Бейкер. – Но Маг Пурпурных Туманов…

– Ты о нем ничего не знаешь, – оборвала его Золушка.

– Кроме того, что он умыкнул твою Звезду Вифлеема, – с ухмылкой добавил Макс.

– Она была слишком совершенна, – ответил Бейкер.

– Разве кто‑то может быть слишком совершенным? – удивилась Золушка.

– Она была сама чистота, – уточнил Бейкер. – А как можно наслаждаться сексом, если не чувствуешь, что пачкаешься?

– Весомый аргумент, – согласился Никодемий Мейфлауэр. – Если ты не возбуждаешься, как дикий зверь, а потом не чувствуешь себя таким виноватым, что хочется пойти в церковь и облегчить душу, да только отказываешься от этой мысли, потому что вывалялся в грязи по самое не могу, и ни один священник никогда больше не заговорит с тобой…

– Я никогда в жизни не видел, не слышал и не нюхал полового акта, который шокировал бы мои нежные чувства. Не говоря уж о тех, в которых участвовал, – прервал его преподобный Билли Карма. – Ты просто собирался пойти не в ту церковь, сын мой.

– Ну, если бы мои откровения не шокировали тебя, они шокировали бы Бога, – возразил Мейфлауэр.