— Все в порядке? — спросил дед. Его большие натруженные руки устало повисли, на лбу выступил пот.

Нест кивнула.

— Точно. Я пошла встретиться с Касс и остальными в парке.

Дедушка кинул взгляд на дом, потом снова на нее.

— Джон будет здесь к трем, чтобы идти на пикник.

— Не беспокойся, я вернусь. — Внучка подбодрила его улыбкой. Что он знает про Ба и пожирателей? — Пока, дед.

Она обошла спящего мистера Царапкина и быстро пересекла двор, не оборачиваясь. Ей показалось, дедушка может прочесть по глазам все ее мысли, а этого Нест не хотелось. У всех от нее секреты, а у нее самой нет ни одного. Разве что Джон Росс. Ведь только она знает всю правду о нем. Ну, по крайней мере, часть правды. Может быть. Она беспомощно вздохнула.

Она уже почти пробралась сквозь дыру в ограде, когда Пик приземлился на ее плечо.

— Почти вовремя, — пропыхтел он, устраиваясь поудобнее. — Кое-кто здесь уже с рассвета, знаешь ли.

Девочка сердито взглянула на него.

— Рада за тебя. А кое-кто пытается выяснить, почему кое-кто другой так любит маленько приврать.

Брови деревянного человечка сердито нахмурились над угольно-черными глазками.

— Что бы это могло означать?

Она резко остановилась посреди служебной дороги и посмотрела в сторону парка. Там некоторые семьи уже расположились на одеялах, расставив по траве корзины для пикника — на востоке, где были тенистые деревья. Начались бейсбольные матчи. Двое мальчишек гоняли туда-сюда Фрисби, и собака активно участвовала в игре. Все это выглядело знакомым, но одновременно странно чужим.

— Это значит, что ты подозрительно быстро слинял вчера ночью, когда появились духи Синиссипи, — Нест в упор поглядела на Пика. — Почему бы это?

Лесовик ответил на ее взгляд.

— Устал я от этой толпы мумбо-юмбо, вот почему!

— Не лги мне! — прошипела Нест. Она схватила его прямо за деревянную голову и держала в воздухе перед собой: он же лягался и извивался. — Ты тоже видел кое-что, разве не так? Ты видел то же самое, что и я, но не захотел иметь с этим дело. Но уже слишком поздно, Пик!

— Отпусти меня! — ярился он.

— Или — что? Что ты тогда сделаешь? — Она сделала вид, будто разжимает руку и выпускает его на траву. — Я знаю, кто там был! Это была Ба! Я узнала ее по фотографии на каминной полке. Вначале я решила, что мама, но оказалось — бабушка. Ты ведь знал это, верно? Знал?

— Да! — Он взмахнул ногой, лягаясь, и очутился на земле.

И теперь стоял перед ней, угрюмо глядя снизу вверх. Нест тоже смотрела на него. Потом усадила его на ладонь и перенесла в траву возле служебной дороги, держа на уровне лица. Пик пытался сохранить достоинство, отряхивая руки и ноги, как будто провалился в глубокую лужу.

— Никогда больше так не делай! — предостерег он, полыхая от злости и не глядя на нее.

— А ты перестань мне лгать, тогда, может быть, я и не буду, — парировала Нест, не менее сердитая.

Он зашлепал губами в дебрях клочковатой бороды.

— Я не лгал тебе. Не мое это дело — рассказывать ваши семейные тайны.

— Ну и что ты за друг после этого? — заявила она. — Настоящий друг ничего не скрывает от друзей.

Пик фыркнул.

— Это тайны Эвелин. Часть жизни. Никто из нас не рассказывает другим всего, что знает.