– У них нет таких компьютеров, как у нас, – позволил себе Фрэнк слегка вступиться за советского биолога, потом почесал затылок, припоминая, что Пэт говорила ему пару дней назад. Вспомнив, он улыбнулся. – Если бы Руставели нашел ту землеройную зверушку, он никогда бы не догадался, что она – дальний родственник животного, которого местные называют бегунком. Сходства ведь никакого.

Пэт улыбнулась в ответ.

– А, так ты все же слушал меня. Ты прав. Эта землеройка настолько адаптирована к подземной жизни, что без компьютерной экстраполяции того, на что походили ее предки, не было бы никакой возможности определить, к какому отряду она принадлежит.

– Мм‑хмм, – Фрэнк помолчал пару секунд. – Как здесь тихо сегодня.

– Да, – Пэт внимательно посмотрела на мужа. – Это что, намек?

– Больше, чем намек. Предложение.

Какая‑то тень промелькнула по лицу жены, или Фрэнку показалось? Пэт скользнула взглядом по дискете, на которую записала разговор с «Циолковским», а затем, пожав плечами, сказала:

– А почему бы и нет?

«Не самый восторженный ответ из ста возможных, – подумал Фрэнк, – ну ничего, сойдет». Пэт встала с кресла. Он обнял ее рукой за талию и увлек в их каюту.

Потом они долго лежали молча на узкой койке, уставившись на обитый поролоном потолок.

– Тебе понравилось? – спросил Фрэнк с робостью, которой и сам от себя не ожидал.

– Наверное, я просто устала, – ответила Пэт, опять пожав плечами. Ее откровенность, мягко говоря, не воодушевила Фрэнка. Тем более что в последнее время он слышал от нее такие слова все чаще и чаще. И еще – после близости она всеми силами избегала его взгляда.

Фрэнк задумался. За годы совместной жизни он привык, что, доставляя удовольствие жене, получает его сам. Но с недавних пор все как‑то разладилось: несмотря на все старания, ему не удавалось вызывать у Пэт такую отдачу, как прежде. Она словно пребывала в отчуждении.

– Я могу тебе чем‑нибудь помочь? – спросил Фрэнк неуверенно.

Она наконец‑то взглянула на него.

– Ты впервые предлагаешь мне помощь, – любопытство в ее голосе мешалось с чем‑то похожим на обвинение.

– Я как‑то не думал, что ты нуждаешься в ней.

– Хмм. – Во взгляде Пэт, направленном на него, сквозило такое бесстрастие, будто она разглядывала один из своих образцов. – Может быть, очень даже может быть…

– Как понимать это твое «может быть»? «Я, может быть, не думал» или «может быть, я помогу»? – спросил Фрэнк, разыгрывая сильное замешательство. Впрочем, он и на самом деле испытывал что‑то подобное.

Пэт засмеялась.

– Может быть… – она сделала многозначительную паузу, –… понемногу от того и от другого. – Она взяла руку Фрэнка и положила ее себе на грудь.

– Теперь лучше? – спросил он некоторое время спустя Пэт укусила его за плечо. Не такого он ждал ответа, но жаловаться не стал.

* * *

Фральк и Хогрэм наблюдали за разбушевавшимся наводнением. Валун размером с городской замок ударился о стену ущелья, и земля сотряслась, словно шкура чесоточного масси.

– Ты предлагаешь послать наши лодки через ЭТО? – спросил хозяин владения, ткнув когтем в сторону царящего внизу хаоса.

Фральк хотел было сказать, что изначально идея нападения на омало принадлежала не ему, но здравый смысл, естественно, взял свое, и он не поддался соблазну Хогрэм ценил откровенность, пока она не выливалась в напоминания о его собственных оплошностях.