– Она, кажется, англичанка? Из Лондона?

– Поместье в Йоркшире, – уточнил Колдуэлл. – А вообще то, космополитка. Весь мир объездила вместе с отцом. Он у нее граф и ученый. Может, помните: тот самый археолог, который выкопал целую коллекцию доисторической бронзы в разгар восстания в Китае. Лондонская «Таймс» посвятила его открытию первую полосу. Потом он подарил все эти железки Британскому музею.

– Она была с ним в Китае? – спросил один из игроков.

– Да, отважная девица. В газете было сказано, что она лично застрелила пару узкоглазых бандитов.

– Проклятье! Как бы эта дамочка сегодня не сделала дырки в Адамовой голове. Он ушел с таким решительным видом, что никакое «нет» его не остановит, если она вздумается заартачиться, – только пуля.

Игроки расхохотались. По каждый в глубине души подумал, что в этой шутке может быть доля правды, – и невольно поежился.

Картежники удивились бы еще больше, знай они, куда направился Адам. Обрекать себя на вечеринку в тесном полусемейном кругу, где собрались по преимуществу дамы зрелого возраста, – это был своего рода подвиг. И все для того, чтобы повидаться с какой то девушкой. Да будь она раскраса вица, стоит ли ради неё несколько часов терпеть общество престарелых мегер?

Адам появился в доме Шарлотты Брюстер к самому концу ужина. Очутившись прямо за десертом, молодой граф почти полностью игнорировал свою соседку справа, которую должен был, согласно этикету, развлекать в продолжение трапезы. Коротко, с принужденной улыбкой отвечая на ее попытки завести разговор, он все свое внимание сосредоточил на Флоре, сидевшей напротив него и весело щебечущей с лордом Робером Рэндоллом.

Граф де Шастеллюкс стал нервничать сильнее прежнего, когда лакеи начали проворно освобождать стол, а леди удалились в другую комнату, по традиции оставив мужчин пить портвейн и вести мужские разговоры. Он поддерживал беседу о бегах, принимал комплименты своим скакунам, но был рассеян, пил больше обычного. Это не на шутку встревожило хозяина, мистера Брюстера. Он получил от жены наказ вернуть мужчин в гостиную к дамам через час – особо было подчеркнуто, что Адам Серр при этом должен твердо держаться на ногах. И вот граф на глазах мистера Брюстера опорожняет бокал за бокалом выдержанного портвейна, словно пьет легкое сухое вино!.. Мистер Брюстер не ведал сути тайных планов супруги, но слова «со света сживу, если не доглядишь!» крепко запали ему в голову.

Поэтому Эзикьел Брюстер сидел как на иголках и беспрестанно поглядывал на часы. Даже гаванская сигара не доставляла ему удовольствия, ибо в клубах дыма рисовалась сцена возмездия, грядущая после ухода гостей.

Не дотерпев десяти минут до положенного часа, хозяин заторопил мужчин в гостиную.

– Ах, как вовремя! – прощебетала Шарлотта Брюстер, устремляя умиленный взгляд на статного чернокудрого красавца графа де Шастеллюкса. – Вы пришли как раз к шарадам!

Адам про себя застонал. Этот вечер – жесточайшее испытание на прочность его светских манер. Сперва глядеть на Флору рядом с самовлюбленным щеголем Рэндоллом и быть принужденным беседовать с уродиной соседкой за столом, затем курить и разговаривать с мужчинами, когда мысли совсем в другом месте… и, наконец, еще и шарады! Сюда он явился ради Флоры – но она в кружке дам, и к ней не пробиться.

Адам взял чашку какого то жидкого цветочного чая, гордости хозяйки дома, уныло опустился на стул у двери и принялся глядеть на бестолковую пантомиму, смысл которой следовало разгадать. За первой шарадой последовала вторая. Эта затянулась минут на двадцать, ибо никто не мог разгадать ее смысл. Адам был настолько взбешен, что дал себе труд сосредоточиться, напрячь мозги – и выпалил:

– «Хоть удавитесь, а будьте на месте».