Он продолжает, как будто может придумать, как найти выход из положения, обсудить все рационально, но совершенно не осознает, что натворил.

Элин слушает, но ее не трогают его признания. Теперь он хочет сказать, что заставил ее пройти через все это просто из-за того, что испытывал чувство вины?

– Хватит, – перебивает она, когда слушать дальше уже нет никаких сил. – Мне это неинтересно.

– Я пытаюсь объяснить. Я совершил ошибку. Глупую ошибку, и хочу извиниться. – Стид протягивает руку, словно собирается дотронуться до нее. – Последние несколько месяцев я ходил к психотерапевту, и она помогла мне понять, что сообщения, которые я тебе отправлял, являлись проекцией. Я проецировал свою вину на тебя, вместо того чтобы разобраться с ней. Даже когда понял, что ты не такая, как я предполагал.

Отвернувшись, Элин жестом дает ему понять, чтобы не приближался.

– Не надо.

– Пожалуйста, Элин. Это по-прежнему я. Мы все такие же друзья.

– Нет, не друзья. – Элин смотрит на него, сжав руку в кулак, чтобы та не дрожала. – Друзья не ведут себя так, как ты вел себя со мной весь год. Все извинения, осознание причин, почему ты так поступил, ничего не меняют. Неужели ты думал, что, если заманишь меня сюда и расскажешь все, я захочу тебе помочь? Я не желаю иметь с тобой ничего общего.

– Понимаю. – Стид беспомощно смотрит на нее красными опухшими глазами. – В глубине души я знал, что после моего рассказа ты от меня отвернешься, но это был мой последний шанс. Кир… – на этом слове его голос надламывается, – кроме нее у меня никого нет. Мне больше не к кому обратиться. Я доверяю только тебе.

Его эмоции добавляются к водовороту мыслей в голове и захлестывают Элин. Она размышляет не только о его признании, но и о мотивах. Говорит ли он правду или пробует манипулировать? А если в глубине души он до сих пор винит ее в исчезновении Кир? Что тогда? Он явно не в себе, на грани. Элин понятия не имеет, чего от него ждать.

– Тебе лучше уйти, – говорит она. – Пожалуйста, уходи.

Стид молча поднимает сумку и замирает. И хотя все в нем так знакомо – каждый жест, мимика, – Элин как будто смотрит на абсолютного незнакомца. Чужака.

Он со щелчком закрывает за собой дверь, но Элин стоит не шелохнувшись, пока его шаги по настилу окончательно не затихают вдали.

Еще через минуту она выглядывает в окно.

Стид ушел, но вернулся туман, и знакомый вид подернут дымкой.

Прижав руку к двери и убедившись, что она закрыта, Элин запирает ее и разворачивается. Сползает на пол, прижимаясь спиной к двери и подтягивая ноги к груди. Адреналин улетучивается, и тело ощущается чужим. Ее знобит.

Некоторое время она сидит, силясь осмыслить произошедшее, принять какое-то решение, но не может.

Хотя в какой-то мере она еще считает, что Стиду лучше было уйти, но на самом деле так хуже. Без его физического присутствия, потрясения оттого, что он рядом, мысли, которые лишь проносились в голове, теперь полностью сформировались и обрушились на нее все разом.

Как она могла не догадаться?

Как могла так ошибиться?

Элин сжимает виски пальцами.

Узкое пространство лишь усиливает ощущение клаустрофобии, вес навалившихся мыслей.

На воздух.

Надо выбраться из трейлера.

63

 Кир

Девон, июль 2018 года

Я смотрю на экран телефона.