|
Крофт же, занявший место рядом с Викери, больше напоминал святого Николая в ожидании Рождества, чем человека, чью репутацию собираются разорвать в клочья, как бродячие собаки рвут падаль на улице. Впрочем, восторженный прием, устроенный публикой его оппоненту, Викери, похоже, нисколько не беспокоил. Самодовольно и хищно изогнутые губы почти полностью скрывались под аккуратными усами и бородкой. Противник казался чрезвычайно довольным собой. Желудок у Дэниела ухнул вниз, и он изо всех сил стиснул подлокотники, увидев, как Нора усаживается на прежнее место.
Вести заседание согласился доктор Адамс. Дэниел считал его косным и слишком осторожным, но Адамс стал заметно дружелюбнее после демонстрации эфира у них в лечебнице. Можно сказать, что он в равной степени не терпел ни чрезмерного увлечения свежими идеями, свойственного Гибсону, Тримблу и Крофту, ни непомерной враждебности к новому, характерной для Викери. Пожалуй, именно доктор Адамс мог вынести беспристрастное решение.
Для начала Адамс вызвался изложить суть дела, причем его выпирающий живот ходил ходуном, как мехи органа, когда он пытался говорить громче для публики в конце зала.
– В нашем сообществе врачей существует давняя традиция предоставлять возможность объяснить и защитить свои результаты, а также опровергнуть чужие сомнительные утверждения. Доктор Дэниел Гибсон и доктор Гарри Тримбл сделали фантастическое заявление о проведенной ими недавно операции, хотя оба трудятся в благородной профессии хирурга менее трех лет и являются новичками.
Дэниел вздрогнул, когда Викери выпрямился, словно суровый школьный учитель, готовый ради дисциплины и порядка подвергнуть хулигана публичной порке. Крофт же по-прежнему непринужденно и широко улыбался.
– Если факты в статье изложены честно, то это подвиг для молодых хирургов и предмет гордости для наставника доктора Гибсона, выдающегося врача Хораса Крофта. Если же успех операции каким-то образом преувеличен или сфальсифицирован, доктору Сайласу Викери и его коллегам предложено разоблачить ложь. Сначала мы выслушаем докторов Гибсона и Тримбла: они ознакомят нас с подробностями.
* * *
У Норы внутри все сжалось, когда Гарри встал, чтобы начать рассказ. Она улыбнулась, надеясь подбодрить друга, но он избегал ее взгляда. Откашлявшись, Тримбл заговорил. Его низкий голос разносился по залу, описывая симптомы Джона Прескотта и то, как за два дня до операции сам Гарри вправил больному грыжу стандартным методом наружного надавливания. Его описания были лаконичными и конкретными, а затем Тримбл уступил трибуну Гибсону.
Дэниел за деревянной кафедрой выглядел не таким массивным, как его шотландский товарищ, но более уверенным. Он оперся рукой о край трибуны и сделал паузу, чтобы глотнуть воды. Нора не сомневалась, что от волнения его трясет, но внешне Дэниел казался спокойным. Он описал симптомы Джона, с которыми тот появился у них в лечебнице, подробно изложив обстоятельства, знакомые любому опытному хирургу.
– Мистер Прескотт был на грани смерти, и я взвешивал, уменьшит наше вмешательство его шансы на выживание или увеличит. Понять это было непросто. – Многие в зале сочувственно закивали.
– А доводилось ли вам слышать об успешных попытках открытого вправления грыжи, раз уж вы рассматривали такой вариант? – спросил доктор Адамс.
– Лично я ни разу такого не видел, – честно ответил Дэниел, и волна ропота поднялась до потолка, – но знал, что доктор Крофт экспериментировал с трупами.
Хмурое лицо доктора Адамса чуть разгладилось. Но Викери вмешался еще до того, как Нора успела с облегчением выдохнуть.
– А вы наблюдали этот эксперимент? Сами пробовали?
Ответить утвердительно было бы легко. Нора видела, как Гарри безмолвно умоляет Дэниела солгать, пусть и понимая, что Гибсон никогда на это не пойдет. |