Запинаясь, словно провинившийся ребенок, девушка рассказала ей о происшествии.

Когда она закончила, экономка решительно развязала фартук.

– Пойдем-ка наверх. – Она повела Нору в гостиную и почти силой усадила в кресло. – С меня хватит. Ты не можешь оставаться узницей в этом доме.

Вместо ответа Нора отвела взгляд. Конечно, миссис Фиппс заметила, что порой девушка ходит с покрасневшими глазами, а перед выходом на улицу заглядывает за шторы, высматривая репортеров, и укрывается в задних комнатах всякий раз, когда раздается звонок.

– Вы меня сюда привели, чтобы сказать, что через неделю-другую все закончится? – Голос Норы звучал скорее устало, чем сердито.

– Вовсе нет. – Лицо у пожилой женщины стало напряженным, а значит, разговор предстоял непростой. – Я тебя сюда привела сообщить, что тебе больше нельзя оставаться на Грейт-Куин-стрит.

На долю секунды в сознании Норы вспыхнули детские страхи, что ее выгонят из этого дома, но тут же и угасли.

– Нельзя? – фыркнула она.

– Отправлю тебя в отпуск. В Суффолк. К моей сестре, которая, между прочим, очень тебя любит. Можешь остаться там на все лето. Куда приятнее, чем в городе.

– На все лето? Да без нас доктор Крофт разворотит весь дом, даже если Дэниел будет его усмирять. – Девушка с облегчением рассмеялась: миссис Фиппс никогда бы не оставила мужчин одних.

Экономка развернула плечи, пытаясь казаться массивнее.

– Ты права, конечно. Именно поэтому я останусь здесь. – У нее хватило такта напоследок сбавить тон и отвести взгляд.

Нора вжалась спинку стула, всем весом опираясь на хрупкие деревянные рейки.

– Вы меня прогоняете?

– Ну, не надо так все воспринимать! – упрекнула воспитанницу экономка. – Там тебе будет лучше. А то здесь никакого покоя нет. – Она шагнула вперед, лицо ее смягчилось. – Фелисия у меня наблюдательная, суровая и крепкая, как сторожевая собака. Никого чужого к тебе не подпустит.

– А как же мои исследования? В Суффолке я ничего не смогу делать. – Фелисия Фиппс женщина наверняка добрая и смелая, но медицинские штучки напугают и ее. Придется целыми днями рисовать пейзажи, ухаживать за садом и шить рубашки для бедных.

Домоправительница сочувственно улыбнулась:

– Так ведь здесь ты тоже ничего не добьешься, пока сплетни не утихнут. До тебя я справлялась с хозяйством в одиночку и прекрасно могу делать это снова. Рубашки будут выглажены, и я позабочусь о том, чтобы доктор Крофт не забывал ничего важного.

– Но Дэниел…

Миссис Фиппс прокашлялась.

– Он тоже согласен, что так будет лучше. Он с доктором Крофтом хотят, чтобы ты на время исчезла. Без тебя им будет даже проще уладить скандал.

Голос Норы взвился до потолка, как ураганный порыв:

– Они все устроили, не спросив меня? Как любезно, как мило избавить меня от необходимости принимать решение!

Миссис Фиппс сдвинула брови, одним движением гася ярость воспитанницы, совсем как в детстве.

– Криком делу не поможешь. Летом там прекрасно, получишь массу удовольствия. Можете провести неделю на маяке Саутволд и подышать морским воздухом. – Она добродушно похлопала Нору по руке. – Я уже написала Фелисии, что ты приедешь на следующей неделе. И начала собирать твои вещи.

Нору не интересовали ни маяки, ни море, но экономка не стала даже слушать никаких возражений, а лишь поцеловала Нору в макушку и удалилась, оставив девушку столбенеть от удивления и возмущения. Оказывается, все уже несколько дней знали, что она уезжает, и только миссис Фиппс сочла нужным поставить в известность и ее.