– У нас не было выбора, Гарри. Его рвало. Была непроходимость кишечника, защемление паховой грыжи, ткани местами уже омертвели и почернели.

– Так что, черт возьми, ты с ним сделал? – потребовал Гарри ответа у Гибсона. – Кишку ему отрезал?

– Нет. Только высвободил, – сказал Дэниел, пытаясь успокоить друга. – Если бы мы ничего не предприняли, Джон сейчас был бы мертв или умирал бы в муках.

Тримбл немного расслабил свирепо стиснутую челюсть и недоверчиво изогнул брови.

– Неделю назад он был в полном порядке. К тому же вы никогда не делали операций в брюшной полости. А вдруг инфекция!

– Тише, Гарри! – успокоила Нора, напоминая, что Джон Прескотт может их слышать. – Вероятность, что он выздоровеет, весьма высока. Почему ты так злишься?

Гарри всплеснул руками.

– Мы не боги! Играть жизнью человека, приступая к операции, о которой почти ничего не знаешь… Я поражен, что он вообще еще дышит!

– Мы не играли, – тихо возразила девушка, слишком сосредоточенная на Гарри и потому не увидевшая предостерегающий взгляд Дэниела. Судя по жесткому выражению лица, доверять Тримблу было рано. Он еще не принял их сторону. Его могла очаровывать способность Норы обсуждать теории или проводить эксперименты, но это не значило, что он одобрил бы нечто большее.

– Что ты сделал? – спросил он у Гибсона еще раз. – Матерь божья, вы все сошли с ума? Где Крофт? Он бы никогда…

– Его здесь нет, – сказал Дэниел. – Он в Гемпшире.

Глаза Тримбла превратились в щелки.

– Ты не справился бы с ним в одиночку, Дэн. Джон силен как бык. Кто держал его для тебя?

– Было не так сложно, как ты думаешь, – пробормотал Дэниел, с тревогой наблюдая за цветом лица друга. Покрывшиеся красными пятнами щеки не сулили ничего хорошего.

– Гарри, – Нора положила руку ему на плечо, – если вы оба будете продолжать в том же духе, Джон услышит.

Тримбл немного успокоился, хоть и что-то злобно пробурчал себе под нос.

Дэниел, не обращая внимания на его настроение, пояснил:

– Мы использовали эфир.

Гарри бешеными глазами уставился на него.

– Что значит «мы»? Ты… и мисс Биди? – У него аж ноздри задрожали от напряженного усилия не высказывать того, что рвалось с языка.

– Нора – опытный анатом. – Дэниел невольно повысил голос. – Ты и сам всего неделю назад называл ее толковой. Я вскрыл и…

– Ты позволил ей помогать тебе? – Тримбл, как всякий шотландец, просто не мог удержаться от перепалки. – Можно было отключить Прескотта морфием, а потом уменьшить дозу. Но копаться в кишечнике – это же почти верная смерть, причем мучительная!

– А рядом не оказалось советчиков и помощников, и вообще больше никого не оказалось! – выплюнул в ответ Гибсон, не в силах сдержать гнев. – Ты-то пропал! Искать кого-нибудь другого времени уже не было. Крофта нет, я никогда не работал с непроходимостью кишечника, а Нора видела ее только на трупе. Операция была для Джона лучшим выходом. Даже единственным. Я вскрыл брюшную полость и обнаружил причину непроходимости: ущемленную паховую грыжу, которая уже некротизировалась. Не могли же мы позволить твоему другу умереть. Да еще в таком состоянии. Я подумал, что надо попробовать сделать резекцию. Но у Норы появилась другая идея. – Дэниел бросил на девушку ласковый взгляд. – Получше.

– Я отвела семенной канатик и нащупала пульсацию в кишках, – осторожно пояснила та.