По пути из студии в отель Мария смотрела на людей, спешивших домой на праздничный ужин или идущих на вечеринку. Ей же хотелось только одного – спать. Новый год ничего для нее не значил; она думала лишь о выступлении для президента Италии, которое должно было состояться на следующий вечер в оперном театре. Она будет петь «Норму» – одну из самых сложных вокальных партий в ее репертуаре. Ей нужно было отдохнуть, чтобы все прошло на высшем уровне. С тех пор как Мария встретилась с Эльвирой, она чувствовала холодок сомнений перед выходом на сцену. Каждый раз, достигая кульминации без происшествий, она задавалась вопросом, сможет ли когда-нибудь сделать это снова. Сегодня она исполнила всего одну арию, но вскоре ей предстояло спеть полноценную оперу. Мария трижды перекрестилась на удачу.

Это заметил Тита.

– О чем ты молишься?

– Чтобы мой голос выдержал выступление перед президентом.

– Ты была прекрасна сегодня вечером.

– Но это не гарантия того, что я смогу сделать это снова.

Менегини похлопал ее по руке.

– Не переживай так, tesoro. Ты, как всегда, будешь петь как ангел, а потом мы поедем в Сирмион и отдохнем.

Мария кивнула. Она знала наперед, что скажет Тита, но его предсказуемость вселяла в нее уверенность. Иногда ей просто хотелось высказать свои страхи, но Тита лишь отмахивался, считая их беспочвенными. Сегодня вечером она почувствовала легкую дрожь беспокойства, которую не смогла унять даже безмятежность Титы.

– Проверь на всякий случай, есть ли у них кто-то на замену.

Тита вздохнул:

– Конечно я проверю, carissima, но ты не хуже меня понимаешь, что никто в мире не сможет заменить Марию Каллас.

Мария знала, что он скажет – это был его обычный ответ, – но она надеялась, что он все же переговорит с руководством.

* * *

Лежа в ванне, Мария услышала шум в коридоре. Дверь распахнулась, и на пороге возникла Эльза. На ней был костюм, похожий на военную форму с перевязью через плечо, и высокие сапоги. Мария похолодела, несмотря на то что вода была очень горячая. Ей не хотелось, чтобы Эльза видела ее обнаженной. Она схватила губку и попыталась прикрыть грудь.

– Знаю, знаю, мне следовало сначала позвонить, но я подумала, что ты устроишь мне взбучку, и потому просто решила зайти. Твое сегодняшнее выступление по телевизору было великолепно, дорогая.

Эльза оглядела Марию голодным взглядом.

– Дай мне минутку обсохнуть. Я выйду, и мы поговорим.

– О, это же всего лишь я. Я была в раздевалке «Фоли-Бержер» и с «Рокеттс» в «Радио Сити» – чего я только не видела. Ты знаешь, что в Париже помещают драгоценности в самые интимные места…

– Эльза! – вскричала Мария с таким возмущением, что стеклянные светильники задребезжали.

Эльза неохотно сделала шаг назад.

– Я подожду здесь, хорошо?

– Закрой дверь!

Когда дверь закрылась, Мария вылезла из ванны и завернулась в полотенце.