– Что ты здесь делаешь, Эльза, и почему ты так одета?

Эльза покружилась, чтобы продемонстрировать свой костюм.

– На случай если ты вдруг запамятовала, сейчас канун Нового года – ночь, когда традиционно царят разгул и веселье, и порой клоуны наряжаются в маскарадные костюмы, чтобы походить на отца-основателя своей великой страны и поразвлечь народ. Итак, сегодня вечером я – Джордж Вашингтон. На Виа Венето будет шикарная вечеринка, и я хочу, чтобы ты пошла со мной. Какой смысл праздновать Новый год, если не можешь провести его с людьми, которых любишь?

Эльза посмотрела на Марию снизу вверх, как спаниель, ожидающий угощения.

– Прости, Эльза, у меня завтра выступление – мне нужно отдохнуть.

– Но сегодня же Новый год! Сегодня все должны веселиться, даже самая сдержанная на свете примадонна.

Эльза попыталась похлопать давным-давно выпавшими ресницами.

– Об этом не может быть и речи. Ты знаешь, насколько важно завтрашнее выступление. Ходить на вечеринки – твоя работа, а не моя.

Не обращая никакого внимания на слова Марии, Эльза открыла шкаф, провела ладонью по висящим платьям и возбужденно заворковала:

– Какая красота! Что это? – Она вытащила перламутровое атласное платье с отороченным мехом шлейфом. – Соболь?

Эльза положила его на кровать, а затем принесла платье с черным бархатным лифом и пышной юбкой из белого тюля.

– Какое счастье, что твоя талия позволяет такое носить.

Руки Эльзы, схваченные на запястьях кружевными манжетами XVIII века, поглаживали тюль.

– Полный гардероб красивой одежды, которую никто не видит. Какая жалость!

Мария ничего не ответила. Ей очень хотелось надеть перламутровый атлас. В нем она чувствовала себя особенно элегантной – это утонченное платье очень ей шло. Его дополнительным преимущество было то, что мать позеленела бы от зависти, увидев в нем Марию. Она получала большее удовольствие от красивой одежды, представляя лицо Литцы, листающей газеты и журналы в поисках фотографий дочери.

– Сходи на полчасика. Клуб Il Circolo находится всего в нескольких минутах езды от Виа Венето. Я передать не могу, насколько там шикарно. На днях там устраивали черно-белую вечеринку, и Дориа Памфили приехала на зебре! Я думала, что после войны все это кануло в Лету, но только не в Риме. В любом случае, дорогая, будет невероятно весело. Пойдем – посмотришь на других, покажешь себя, а к половине второго вернешься в постель к Тите.

Мария покачала головой.

Эльза погладила соболиный мех.

– Знаешь, если бы у меня была такая красота, я бы носила ее не снимая.

Она подхватила его и закружилась по комнате. Волнуясь, как бы Эльза не наступила на подол, Мария потянулась, чтобы забрать платье.

В этот момент в дверях появился Тита.

– Ma cosa fai, Мария? – Тита заметно постарел и осунулся. – Ты же сказала, что устала и хочешь лечь спать. – Он с неприязнью взглянул на Эльзу. – Ты же знаешь, что тебе надо как следует отдохнуть.

В Марии проснулся дух противоречия. Уж не Тите говорить, что ей нужен отдых. Он всегда ради своей выгоды заставлял ее делать что-то вопреки здравому смыслу. Сегодня Новый год – почему бы ей немного не повеселиться?

– Ты знаешь, сколько времени мне требуется, чтобы спуститься на землю после выступления, – сказала она. – Я все равно не смогу заснуть. Я заскочу на полчасика на вечеринку Эльзы в Il Circolo, а потом вернусь и засну как убитая. Если ты устал, оставайся, а мне составит компанию Джордж Вашингтон.

Эльза надела треуголку и отдала честь. Мария не смогла удержаться от смеха, а Менегини, отвернувшись, пробурчал:

– Конечно, я пойду с тобой.