Она всем нутром своим чувствовала, что это опасно. Надо дождаться Аллена и спокойно пообедать с ним. Ей ничего не хотелось принимать от этого человека. Но тут глаза ее встретились с глазами Реиза, такими удивительно синими, и Грейс снова почувствовала, как что то тугое, горячее расцветает в ней. В конце концов, у нее ведь почти не осталось денег. С утра она ничего не ела, и хотя обеды у Харриет были дешевы, они тем не менее уменьшали ее и без того скудные сбережения. Почему бы ей не поесть за чужой счет? Если она не найдет работу, то вскоре настанет время, когда ей вообще не придется обедать. Только из за этого она и примет его приглашение.

– Хорошо.

Рейз широко улыбнулся.

Не прошло и двадцати минут, как Грейс уже сильно сомневалась, правильно ли она поступила, согласившись.

Брэг ведь выступал против всего того, во что она верила. Женщины для него лишь источник наслаждения. Мало того, ему не хватало одной женщины, что также свидетельствовало против него.

К тому же он был коренным, напичканным предрассудками южанином. Он ведь из Техаса. Грейс ясно вспомнила разговор между ним и шерифом Фордом. Его вол новало лишь то, что случилось с ней, белой девушкой, а не то, как поступили с продавщицей негритянкой И хотя Грейс была благодарна Рейзу за то, что он пришел ей на помощь, она тем не менее не одобряла его поведения. Жестокость не может быть методом борьбы с насилием, но ее не удивляло, что Рейз повел себя именно так. И она не сомневалась, что он преувеличил возможные последствия этого нападения: наверняка кто нибудь другой вмешался бы и остановил матросов, не окажись он рядом. Вдобавок ко всему он беспринципный прожигатель жизни, волокита, игрок и совершенно неисправимый тип, жаждущий одних наслаждений.

– Что нибудь не так, Грейс? – спросил Рейз, когда они шли по дорожке к воротам.

Она отвела глаза. «Мне нужен этот обед», – напомнила она себе, а предательский внутренний голос шепнул: «Он вступился за тебя, Грейс».

– Грейс?

– Простите, – быстро сказала она, раскрасневшись от волнения. Этот мужчина был так взбешен, когда дрался, защищая ее добродетель. Боже милостивый! Как она может так думать – она ведь образованная современная женщина! Она сама могла за себя постоять! «Только не на этот раз», – ехидно подсказал внутренний голос.

– Грейс?

Она взглянула на него и только сейчас заметила, что он переоделся: вместо бриджей и куртки на нем был теперь чудесный темный костюм с серебристым парчовым жилетом и галстуком. Легкий аромат приятного мужского одеколона коснулся ее ноздрей. Рейз взял ее под руку. Солнечные блики играли в густых волосах, подчеркивая его не только изысканный и элегантный, но необыкновенно мужественный вид, его ошеломляющую красоту. Внезапно Грейс с горечью поняла, что сама выглядит далеко Не празднично, и ей впервые в жизни захотелось, чтобы на ней было красивое шелковое платье Потом она взглянула на поджидавший их экипаж.

Вряд ли когда либо ей приходилось видеть нечто подобное. Великолепная пегая лошадь с серебристой гривой нетерпеливо потряхивала головой. Экипаж был лакированный, черный, с медными украшениями; он ослепительно сверкал на солнце. Возница в ливрее открыл перед ними дверцу. Внутри все было обтянуто дорогой красной кожей.

– Рейз, Боже мой, где вам только удалось такое достать?

Он засмеялся, довольный:

– Для вас – все самое лучшее, Грейси.

Взор ее встретился с его дерзким, прямым взглядом. Она невольно залилась краской и отвела глаза в сторону.

Он помог ей сесть. Грейс понимала, что это смешно, но она чувствовала себя королевой. Провела пальцами по мягкой коже; карета осела под тяжестью Рейза. Она искоса взглянула на него и заметила, что он наблюдает за ней, слегка улыбаясь. Она тотчас же чинно сложила руки на коленях и чопорно выпрямилась.