|
— А мне нужно-то было всего ничего: мамкина любовь, в отсутствие сурового отцовского воспитания, да редкое прикосновение, хоть какая-нибудь ласка!
— Ты не сбежал? Весь срок отбыл?
— А ты такая гордая, благородная, с острым умом, изысканная, привыкшая быть первой во всем! Разве ты замечала меня? Разве ты опускалась до «презренных» людишек, которых за людей-то не считала! Бизнес-леди! Не дай Бог оказаться кому-то у тебя на пути, потому что ты всегда рациональна, как компьютер! Всегда готова жертвовать чужим счастьем, достатком, бизнесом, тем, что человеку действительно дорого, только ради единственной цели — наживы! Причем твоей наживы!
— Что ты говоришь? Александр! Ты пьян?
— Ты оберегала свое богатство с бесстрашием тигрицы, чтобы уничтожить все, что посмело посягнуть на самое сокровенное! И ты хитрой лисой вмешивалась в чужую жизнь, чтобы не просто разрушить ее, а прибрать к рукам!
Пролежав некоторое время в оцепенении, Анна, наконец, нашлась:
— Пойду сварю кофе.
Хозяйка накинула халат и вышла. Высокий молодой мужчина с худыми лопатками, бледным лицом и длинными коричневыми волосами нехотя последовал за ней, пристроившись с сигаретой возле потухшего камина. В зале, совмещенном с кухней, очень скоро стало накурено, как в трактире.
— Кто ты, чтобы судить меня? — сказала она после долгого раздумья, отхлебнув крепкий кофе. — Тебе достались серебряные ложки! Качество жизни, о котором не мечтали твои сверстники! Что ты сделал? Как ты распорядился полученными от матери возможностями? Поступил в институт? Не сам, помогли. И сразу бросил! Скукота! Нашел занятие по душе? А как же! «Мне это не нравится, я в поиске! Это не для меня!» — говорил ты. В результате что? Азартные игры в казино, чудовищные проигрыши, потеря подаренной квартиры, мошенничество с игроками и уголовное дело, после чего очутился где? Ах да, и тут мать похлопотала, чтобы ты не оказался в колонии! Лучше бы этого не делала, тогда, быть может, из тебя бы крепкий мужик получился, а не слюнтяй, как твой отец! Слава Богу, тебе заменили срок принудительным трудом, постановив благородно ухаживать за инвалидами!
— И подтирать им задницу! — придя в ярость, крикнул Александр, вскакивая с места.
— Кто-то должен и это делать! Раз ничему другому не научился!
— Умеешь ты плюнуть в душу, бритвой пройтись и оставить глубокие порезы!
— Какие мы нежные! Сам начал!
— Мне все это надоело! Хватит болтовни! Здесь мое будущее кажется туманным! Я приехал сказать, что уезжаю!
— Куда?
— За кордон! И мне нужны деньги!
— Какие?
— Мои!
— Разве они у тебя есть?
— Есть доля в бизнесе! Насколько я помню, мне принадлежит доля в фирме «Белый лотос»!
— Во-первых, не тебе, а мне!
— Я, насколько помню, совладелец!
— Формально да, но на самом деле нет. Эта фирма не только моя, тем более что она уже закрыта. Ее нет!
— То есть как?
— Чтобы не возникло вопросов с правоохранительными органами, я ее закрыла.
— Ах так? А почему я ничего об этом не знаю?
— У меня была доверенность, и я ею воспользовалась.
— В таком случае ты мне отдашь мою долю, или я обращусь в суд! — выкрикнул он с лихорадочным блеском в глазах.
— Чтобы что?
— Чтобы отсудить у тебя свою долю, доказать свою правоту, аннулировать доверенность и…
— И ты это сделаешь?
— Конечно! Мне нужны деньги, а ты не оставляешь мне выбора! Одним словом: ты мне отдаешь прямо сейчас то, что я требую, или я буду судиться! — завопил Александр, теряя терпение. |