говорил он себе, -- если бы не имел в виду высокой цели!"

     Ведь  опыты приносили мало  приятного:  иногда  он  испытывал острейший

страх и полное  помутнение рассудка, часто  -- депрессию, а  изредка -- даже

приступы вызванного химией кровожадного буйства.

     Чего же он взыскует так упорно? Наказания?

     Он  думал об этом часто  и  всякий раз  отвечал: "Нет". Он не стремился

изуродовать  себя,  разрушить  свой  организм, навредить  своей  печени  или

почкам. Перед применением каждого нового вещества Сэндз  прилежно прочитывал

вложенные  в  коробочки описания состава  и  способа применения, внимательно

изучал список  возможных  побочных  эффектов.  И, уж конечно,  он  не  хотел

становиться  буйным  и  в приступе психоза  поранить или убить  кого-нибудь.

Скажем, ту же милую бледненькую Лурин. Однако...

     Свою мысль он пояснил Лурин следующим образом:

     --  Мы способны зреть Карлтона  Люфтойфеля -- для этого  нам достаточно

наших  органов  чувств.  Но  мне чудится,  что существует  реальность  иного

порядка, которую не увидишь невооруженным глазом. Что-то вроде того, как мы,

к примеру, не воспринимаем ультрафиолетовое и ультракрасное излучение -- что

не мешает этим излучениям невидимо существовать...

     Лурин слушала его, свернувшись калачиком в  кресле напротив и покуривая

алжирскую  трубку,  сделанную  из корня верескового дерева. Она набивала эту

трубку довоенным давно пересохшим голландским плиточным табаком.

     --  Чем гробить себя этими "колесами",  -- сказала она, -- ты  бы лучше

придумал инструменты для регистрации  наличия иных слоев  реальности --  или

что ты там ищешь. Куда проще считать информацию с приборов. И безопаснее.

     Она  постоянно  боялась,  что  Питер  однажды  не  вернется  из  своего

наркотического "путешествия". Ведь, говоря по совести, эти наркотики вовсе и

не  наркотики, а  оружие нервно-паралитического  воздействия, которое должно

вызывать  необратимые неврологические и метаболические нарушения в организме

человека, --  причем точный  механизм разрушительного  действия был зачастую

неизвестен даже самим  производителям... Вдобавок  на каждого  человека  эта

дрянь воздействует по-своему, что только усугубляет опасность.

     --  У  меня  нет  ни  малейшего  желания считывать  показания  каких-то

приборов,  --  ответил   Сэндз.  --  Мне   не  фиксация  факта  нужна.   Мне

необходимо...  --  Он поискал нужное  слово,  потом  закончил  с  энергичным

жестом: -- Мне необходимо самому пережить!

     Лурин тяжело вздохнула.

     -- В таком случае не торопи события, -- сказала она. -- Сиди и жди. Оно

придет когда-нибудь.

     Меня "когда-нибудь" не устраивает, -- возразил он. -- Я ждать не могу.

     Потому как по эту сторону  могилы без усилия  в иной слой реальности не

проникнуть.

     Смерть была  врагом, которого Служители  Гнева восславляли  и  почитали

спасением, высшей милостью.