– Боюсь, это проще сказать, чем сделать, – с горькой улыбкой проговорил Один.

– По меньшей мере, стоит постараться, – ответила ему целительница. – Между прочим, вы больше прислушиваетесь к моим советам, чем Тор и Сиф.

– Неудивительно, – сказал Один. – Они воины. Для них нет ничего важнее, чем владеть своими силами.

– Может, и так, – согласилась целительница. – Но где сыскать воина более великого, чем сам Один?

Всеотец довольно хохотнул. Его врачевательнице дозволялось видеть более мягкую, заботливую ипостась властителя Асгарда, почти недоступную взорам других подданных.

– Когда то, – снова заговорил он, – это, может, и было правдой. Но времена, когда я вел в бой армии Асгарда, давно миновали. Я – король, а место короля на троне, не на поле битвы. К тому же я успел оценить преимущества сидячего образа жизни.

– Не сомневаюсь, – сказала целительница, собрала мази и снадобья и приготовилась выйти из зала.

К Одину вбежал паж.

– Властитель, сестра Аморы, Лорелей, просит аудиенции.

Всеотец удивился. Раньше Лорелей никогда не просила о встрече с ним.

– Пригласи ее, – скомандовал он, распираемый любопытством.

Пожелав Придворной целительнице здоровья, Один принялся ждать гостью. Наконец в зал вошла женщина в накидке с капюшоном, скрывающем лицо.

– Говори, Лорелей. Что привело тебя к трону Одина?

Волшебница упала на колени и склонилась к полу.

– Всеотец, молю о вашем прощении! Я совершила тяжкую ошибку!

Один знал, что Лорелей владеет магией. Конечно, она была слабее старшей сестры, но и ее силами пренебрегать не стоило. Правитель Асгарда мягко проговорил:

– Встань, Лорелей. Говори. Расскажи мне, что это была за ошибка?

– Я возвращалась ночью из таверны, и вдруг на меня напал неизвестный мужчина. Я не знала его имени или причин его ярости. Он закрыл мне рот и прижал руки, чтобы я не смогла прочитать или сотворить заклинание.

– Этот незнакомец не объяснил, почему напал? – переспросил Один.

Лорелей покачала головой.

– Нет, этого я не знаю. Но он не успел причинить вред – меня спас ледяной великан!

Один нахмурился.

– Очень... странное поведение для выходца из Йотунхейма.

– Я подумала о том же и готова была защищаться, но он не последовал примеру незнакомца. Как выяснилось, ледяной великан пришел ко мне с просьбой и поспел как раз тогда, когда на меня напали. Он надеялся, что я не откажу ему в обмен на спасение.

– И что же, ты согласилась?

Лорелей не поднимала глаз, капюшон и огненные локоны по прежнему скрывали ее лицо. Затем она стыдливо отвела взгляд в сторону.

– Да, властитель. Простите меня, но я бы погибла, если бы Тьяцци...

Один резко выпрямился.

– Так это Тьяцци тебя спас?

Лорелей рискнула поднять взгляд на Одина. Он заметил, что на лице у нее необыкновенно много морщин.

– Вы знаете Тьяцци, Всеотец?

– Да. Он служил Хрунгниру, тому самому злодею, который вызвал меня на гонку на лошадях, проиграл, затем похитил Фриггу и заставил Тора с ним биться. Мне сообщили, что Тьяцци занял место Хрунгнира. – Один почесал бороду, а затем посмотрел единственным глазом на Лорелей. – Что ж, продолжай. О чем же просил тебя ледяной великан?

– Накинуть на него личину Локи, властитель.

Один не поверил своим ушам.

– Восхитительная наглость. И что же?

– Так или иначе, он все же спас мне жизнь. Да и к вашему приемному сыну я любви не испытываю. Локи однажды отвратительно со мной обошелся, и я думала, что какие бы ни были планы у Тьяцци, они принесут Локи несколько неприятных мгновений.