что  им  пришлось спешиться и продираться сквозь них на открытое место ярдах

в тридцати слева.

     Амазига  что-то  тихо  сказала в микрофон. Слов Шэнноу не расслышал, но

он  увидел,  как  она  поднесла  к  глазам  запястье  со счетчиком времени и

передвинула стрелки. Она перехватила его взгляд.

     - Люкас  говорит,  что сейчас тут восемь часов сорок пять минут утра, и

в  нашем  распоряжении  двое  суток,  чтобы  добраться  до  гор  Мардих, где

укрылись  Сэм  и  его  товарищи. До них примерно сорок две мили, но дорога в

основном проходит по ровной местности.

     Шэнноу кивнул и сел в седло. Гарет поехал с ним рядом.

     - Я  глубоко  вам благодарен, мистер Шэнноу, - сказал он. - Человеку не

так уж часто представляется возможность вернуть к жизни мертвого отца.

     - Насколько  я  понял,  - сказал Шэнноу, - он вам не отец, а всего лишь

обладатель такой же внешности и имени.

     - И идентичной генетической структуры. Почему вы согласились?

     Шэнноу  не ответил и повернул коня на север, Амазига и Гарет поехали за

ним.  Они  ехали  весь  день, ненадолго остановившись, чтобы съесть холодный

обед.  Широкие  просторы вокруг были пустынны и безлюдны, а горы, голубевшие

вдали,  почти  не приближались. Дважды они проезжали мимо брошенных домов, а

ближе  к  сумеркам  Шэнноу  различил  в  отдалении скопление зданий, видимо,

небольшого  городка  на  восточном  склоне  долины.  И  там  тоже  - никаких

признаков жизни: фонари не зажглись, и нигде ни малейшего движения.

     Свет  дня  начал угасать, и Шэнноу свернул с тропы в сосняк, подыскивая

место  для  ночлега.  Земля  тут  круто  пошла  вверх,  и впереди показались

высокие   обрывы,   протянувшиеся  с  севера  на  юг.  С  базальтовой  скалы

низвергался  узкий  водопад,  над  которым  в лучах заходящего солнца играли

маленькие радуги. Там брал начало ручей, бежавший по камням к равнине.

     Шэнноу спешился и расслабил подпругу.

     - Мы  могли  бы  проехать  по  крайней  мере  еще  пять миль, - сказала

Амазига.  Но он ее не слушал. Его зоркий глаз остановился на красном пятне в

кустах,  примерно  в  шестидесяти  ярдах  за  водопадом.  Бросив поводья, он

перешел  мелкий  ручей  и  взобрался  на крутой противоположный берег. Гарет

последовал за ним.

     - Господи  Боже!  -  прошептал  Гарет,  глядя  на исковерканные остатки

красного джипа.

     - Не поминай Его имени всуе, - сказал Шэнноу. - Не люблю богохульства.

     Джип  валялся  колесами  вверх  на  прогнутой  искореженной крыше. Одна

дверца  была  вырвана,  и  Шэнноу  заметил следы когтей, оставивших глубокие

борозды  в  красной краске и в стали под ней. Он взглянул вверх. Поломанные,

вырванные  с  корнем  кусты  по  обрыву над джипом свидетельствовали, что он

свалился   сверху  и,  падая,  несколько  раз  ударялся  о  торчащие  камни.