вырванные  с  корнем  кусты  по  обрыву над джипом свидетельствовали, что он

свалился   сверху  и,  падая,  несколько  раз  ударялся  о  торчащие  камни.

Пригнувшись,  он  раздвинул перья папоротника и заглянул внутрь. Гарет встал

на колени рядом с ним.

     Внутри   лежало   искалеченное,  смятое  тело.  Разглядели  они  только

вытянутую  руку,  наполовину  оторванную  от  туловища.  Кожа  была  черной,

заскорузлый  от  крови  рукав  - оливково-зеленым с узкими серыми полосками.

Как рукав рубашки на Гарете.

     - Это  я...  -  сказал  Гарет.  -  Это  я!  Шэнноу  выпрямился и обошел

искореженный  джип.  Он увидел отпечатки огромных лап в мягкой земле и пятна

засохшей  крови,  тянущиеся  к  кустам.  Вытащив пистолет и взведя курок, он

пошел  по  следу  и ярдах в двадцати дальше обнаружил остатки омерзительного

пира.  Левее  валялась расплющенная коробочка с обрывками проводков. Спустив

затвор,  он  убрал пистолет в кобуру, подобрал, обрызганную кровью коробочку

и вернулся к Гарету, все еще глядящему на труп в джипе.

     - Идем, - сказал Иерусалимец.

     - Мы должны похоронить его.

     - Нет.

     - Я  не могу бросить его тут! Уловив муку в голосе юноши, Шэнноу шагнул

к нему и положил ладонь ему на плечо.

     - Тут  вокруг,  кроме  следов  Пожирателей,  есть отпечатки копыт. Если

кто-нибудь  из  всадников  вернется  и  увидит,  что  трупы  похоронили, они

поймут,  что  здесь  побывали  другие  люди.  Понимаешь?  Мы не должны к ним

прикасаться.

     Гарет кивнул и внезапно вздрогнул.

     - Трупы?  Но  здесь  же  всего один, ведь так? Шэнноу покачал головой и

показал юноше окровавленную коробочку.

     - Не понимаю... - прошептал Гарет.

     - Твоя  мать поймет, - сказал Шэнноу, глядя на идущую к ним Амазигу. Он

не  спускал  с  нее  взгляда,  пока она осматривала джип. Ее лицо оставалось

непроницаемым.   Потом   она   увидела  коробочку,  точно  такую  же,  какую

пристегнула к своему поясу, и ее темные глаза посмотрели в глаза Шэнноу.

     - Где ее тело?

     - От  тела  почти  ничего  не  сохранилось.  Пожиратели  оправдали свое

прозвище. Только часть головы. Для опознания достаточно.

     - Безопасно ли остаться тут?

     - В  этих  краях  безопасных  мест  нет,  госпожа.  Но тут хотя бы есть

укрытие на ночь.

     - Полагаю, трупа вашего двойника тут нет, мистер Шэнноу?

     - Да, - сказал он. Амазига кивнула.

     - Значит,  она  решила отправиться сюда без вас. Ошибка, за которую ей,

очевидно, пришлось дорого заплатить.

     Амазига повернулась и пошла назад к лошадям. Гарет сказал Шэнноу:

     - Иного  признания,  что вы были правы в отношении джипа, вам от нее не

услышать.