– Что‑нибудь поменьше, – уточнил Кундо Рей.

– Пожалуйста, вот малютка тридцать восьмого калибра, ствол всего два дюйма. Такими пользуются «Ангелы Чарли».

– Да?

– И Барни Миллер.

– Заверните, – сострил Кундо Рей.

Глава 16

Ноблес заготовил улыбку. Дверь открылась, и он сказал:

– Смотрите, кто пришел!

Он‑то рассчитывал, что она обалдеет и вытаращится на него, но она ничуть не была удивлена, а если и была, то не подала виду. Стоит и смотрит на него так, словно решила не пускать за порог.

– Лапочка, не хотелось бы тебя отпихивать, но я чуть ли не весь день проторчал в машине. Мне так хочется пи‑пи, того гляди лопну. Приспичило мне.

Ей пришлось подвинуться, а то бы он и впрямь сгреб ее да и отодвинул– она отошла, и он резво промчался по коридору прямиком в туалетную комнату.

Ему нравилось тут: полно всяких баночек с притираниями, соли для ванн, пудра в коробочках пастельного цвета, и все так здорово пахнет. Он был бы не прочь заглянуть в шкафчик, порыться, обнаружить самые заветные ее тайны. У нее в уборной было так чисто – никаких тебе ржавых пятен, ни на унитазе, ни в раковине. Пустив струю и постанывая от облегчения, Ричард осмотрелся по сторонам, жадным взглядом вбирая все эти женские штучки, и закончил с судорогой наслаждения. О‑о!

Она оставалась в гостиной – присела на диван, положив на колени соломенную сумку и скрестив ноги так, что колено торчало над хромированной поверхностью кофейного столика. Она смотрела на него уже не так сердито, не буравила его взглядом, но и ласковым выражение ее лица отнюдь не было.

– Ты хоть рада мне? – спросил он.

Не похоже.

– Ричард, – заговорила она, – Ричард, что ты здесь делаешь? – Голос спокойный, размеренный, точно ребенка воспитывает.

– Я скучал по тебе, – сказал он. – Ты когда‑нибудь скучала?

– Что же мне с тобой делать, Ричард? – вздохнула она.

Это уже лучше.

– Например…– многозначительно усмехнулся он.

– Ты большой симпатичный мишка, и все тут! – подытожила она.

Он не привык думать о себе в таких выражениях. «Мишка» – что за черт!

– Найдется чего‑нибудь холодненького попить? Жажда замучила, столько сидел в машине! – Он двинулся в столовую – сплошь стекло да серебро, – намереваясь проникнуть оттуда в кухню.

– Ричи! – окликнула она, когда он проходил мимо нее. Оглянувшись, он увидел, что перед ней на столе разложены его фотографии, и резко затормозил. Уперся руками в бока. Первое, что вырвалось у него, было:

– Черт, что тут происходит, почему этот тип меня фотографирует?

Подумал, скосил глаза на Джин и спросил:

– Погоди‑ка, откуда у тебя мои фотки?

– Ричард, ты неподражаем! – сказала Джин.

– Я хочу знать, где ты их взяла.

– Он сам дал их мне, разумеется.

– Кто он такой – из газеты, что ли?

– Нет, он работает не на газету. Он сам по себе, фотографирует людей. – Она призадумалась, словно была не вполне уверена, и кивнула утвердительно: – Да, именно этим он и занимается.

– Разве на это не требуется разрешение? – искренне возмутился Ноблес– Берешь себе и щелкаешь кого вздумается?!

– Попробуй подать иск. Вторжение в личную жизнь или что‑то в этом роде.

– Черт, должен же быть какой‑то закон!

– Обратись в полицию, – предложила она.