надо учить... даже если они сами того не желают.

     Змей  полз  и  полз себе  вперед; людская суетня,  похоже, не волновала

трехголовую тварь. Но неужели же сухотники его не боятся?

     До начала схватки  оставались считанные мгновения. Арбалетчики медленно

приближались, держа наготове веревки и сети. Элия не отказалась от  бредовой

мысли взять пришельца живым... чтобы использовать как производителя, что ли?

     Нет, все-таки сухачи боялись страшилища Слитых. Блейд заметил короткие,

полные ужаса взгляды, которые воины  бросали в  сторону скрывшегося  из глаз

чудовища;  они  были нормальными людьми и  испытывали  нормальные  в  данной

ситуации чувства; иное дело Элия...

     -- Хватит коситься! -- раздался внезапно ее голос. -- Я сбила тварь  со

следа!  Он  не  найдет наших домов!  Будьте тверды  духом, о воины! Возьмите

этого!

     Очевидно, Великая Скрывающая  так и не  подобрала  подходящего названия

бывшему марабуту.

     -- Здесь мы и умрем, мой Ричард, мой милый, -- услыхал странник горячий

шепот Тамар. -- Что ж, смерть от честной стали быстра и весела... Все лучше,

чем сгнить от старости...

     -- Это ты  брось, --  сквозь зубы  бросил спутнице Блейд. -- Немедленно

прекрати. Что за мысли такие! Ты еще их всех переживешь!

     Тамар только покачала  головой. На губах ее играла слабая улыбка -- та,

с  какой  уходили  на  берега Стикса  греческие  гоплиты,  павшие  на  полях

Марафона...

     "Элия  сбила  тварь со следа?"  -- лихорадочно думал странник, следя за

осторожно приближавшимися  воинами.  Гибель  многих соплеменников  отрезвила

оставшихся  в  живых; к Блейду теперь  относились едва  ли не  как  к самому

леростару.

     "Элия  сбила  змея  со следа, сбила со следа..."  --  повторил про себя

Блейд. Она лжет? Лжет, чтобы поднять дух воинов? Но если это  блеф, как  она

может  быть  уверена, что чудище  и в самом  деле не доберется  до  поселка?

Неужели рискнула  всем своим авторитетом? Всей властью? И ради чего -- чтобы

схватить какого-то чужака, пришельца? Странно!

     Вообще-то он не сомневался, что во всех мирах являлся достаточно ценной

добычей;  заниженные  самооценки  не были  свойственны Блейду. Но  зачем  он

понадобился этой Элии? Для торжественного сжигания на костре? Или тут что-то

иное?

     Первые из воинов оказались в пределах досягаемости его топора, и Блейд,

не раздумывая, пустил его в дело.

     Это была славная охота, как сказал бы один из киплинговских персонажей.

Кольцо оказалось настолько плотным,  что  прорваться вдвоем  не было никакой

возможности. Блейд,  пожалуй, сумел бы  уйти, но только один, без девушки --

да и то если б не нашла его случайная стрела.

     Один, второй,  третий  --  тела  сраженных,  словно по  команде, начали

ложиться под  ноги странника. Он рубил спокойно и  безжалостно, словно некая

машина смерти; его движения были стремительны, расчетливы и  точны.  Экономя

силы, он делал лишь необходимый минимум  того, что  полагалось, и  топор его

снова и снова вздымался и падал поистине со смертоносной эффективностью.