силы, он делал лишь необходимый минимум  того, что  полагалось, и  топор его

снова и снова вздымался и падал поистине со смертоносной эффективностью.

     Потеряв шестерых, воины Элии откатились. Глаза их смотрели на  Блейда с

примесью  суеверного  ужаса --  непобедимый, неуязвимый, рассекающий тела от

плеча до пояса... Никакие приказы не  могли заставить  бойцов идти на верную

смерть, туда, где не было ни одного, пусть даже самого крошечного шанса... И

Элия, похоже, это прекрасно понимала.

     -- В ноги! Стреляйте ему в ноги! -- последовала команда.

     Однако  арбалетчики  выполнить  этот  приказ уже  не успели. Все  карты

Великой  спутала Тамар -- девушка с Полуночных Болот, из презренного племени

топей...

     -- Ричард, за мной!

     Тамар очертя  голову  бросилась  в бой, словно  позабыв о  своей  ране.

Первый же ее удар начисто снес голову одному из  врагов --  удар, что сделал

бы  честь  сильному  мужчине.  Стрелки  невольно  расступились  перед   этой

маленькой  фурией;  Тамар  молнией  промчалась через  их  ряды. Брошенные  с

запозданием сети и арканы захватили пустоту.

     --  Взять!  Не ее --  его! Взять  его!  --  Где-то  позади  строя  Элия

заходилась от крика.

     Никто так и не узнает, какая же сила швырнула навстречу  Ричарду Блейду

одного из молоденьких  стрелков, совсем  еще юного,  почти мальчика. Неловко

вскинутый топор, неловко нанесенный удар... Блейд  рубанул почти, не целясь,

отбросив  оружие противника в  сторону.  Однако за миг до  того, как сияющее

лезвие рассекло грудь безумца,  он успел оплести странника руками  и ногами,

вцепился в него  мертвой хваткой. Топор ударил в спину несчастному, брызнула

кровь -- лезвие раскрошило лопатку и рассекло  сердце, -- однако даже  после

смерти труп продолжал крепко сжимать колени Блейда.

     Прежде чем странник успел освободиться, на него набросили сеть. А затем

последовал  страшный удар чем-то  тяжелым -- сверху, по темени; такой  удар,

что мир полыхнул и перевернулся перед глазами.

     Блейд проваливался в черное беспамятство.

     "Пропала... Тамар... Бедная..."

     Последняя мысль угасла, словно догоревшая спичка.

ГЛАВА 9

     Сознание возвращалось  рука об руку с болью.  Боль, привычная  спутница

его странствий, сидела где-то внутри -- колючая, острая, наглая...

     "Это уже было, -- вяло подумал он. -- Я уже лежал вот так... и приходил

в себя... Все это уже было, все повторяется".

     И возвращается ветер на круги своя...  -- внезапно  вспомнилась  фраза.

Откуда она? Он не помнил.

     Сверху, с черного неба, обрушилась лавина ледяной воды. Что это? Зачем?

Он замотал головой, отфыркиваясь, и окончательно пришел в себя.

     Да! Он уже побывал здесь.  Теперь он все вспомнил. Элия! С  умыслом или

без, она сунула его в ту самую камеру, где он уже сидел впервые оказавшись в

руках  Великий Скрывающей  Лицо. Разумеется, здесь ничего  не  переменилось,

только запястья и  щиколотки пленника были скованы теперь короткими двойными

цепями, и к  ножным кандалам  был приклепан еще и  массивный железный шар --

точь-в-точь как в английских каторжных тюрьмах прошлого века.