только запястья и  щиколотки пленника были скованы теперь короткими двойными

цепями, и к  ножным кандалам  был приклепан еще и  массивный железный шар --

точь-в-точь как в английских каторжных тюрьмах прошлого века.

     Он лежал на полу, в луже грязной воды, вновь раздетый донага.

     --  Очухался  вроде,  --  с  удовлетворением произнес  чей-то  голос --

гнусный  и  гнусавый, вполне подошедший бы какому-нибудь злодею  из  романов

Диккенса.

     -- Если бы он не очухался, ты отправился бы на болота. Бродда!

     Снова она...  снова Элия...  Опять  в  ее  руках...  Может, она хотя бы

теперь скажет, что ей нужно?

     -- Ну, вот мы и  снова встретились, мой славный Ричард Блейд... -- Элия

наклонилась над пленником. -- Теперь-то ты  уж никуда не денешься. В крайнем

случае мы разрежем на кусочки твою подружку -- разрежем медленно, не  спеша,

а ты будешь слушать ее вопли... может, тебя это возбудит? Да! Чуть не забыла

сказать! Резать будет Наоми -- она уже наточила  ножик. А может,  она  решит

содрать с  паршивки кожу? Она, знаешь ли, довольно  изобретательная девочка,

моя Наоми...

     -- Чего ты хочешь? --  прохрипел странник. -- Ты не задала мне  еще  ни

одного вопроса, почтеннейшая.

     Говорила ли Элия правду? Верно ли, что Тамар у нее в застенке?  Вряд ли

-- он ведь может потребовать  доказательств... потребовать, чтобы его отвели

к ней... Пожалуй, с этого и стоит начать...

     -- Я не слишком-то верю тебе... -- дьявол, ну у него и голос! -- Покажи

мне девчонку, и тогда станем разговаривать дальше...

     -- Показать  ее  тебе?  --  внезапно обрадовалась Элия.  -- Разумеется!

Бродда, и кто там еще! Поднимите марабута и доставьте его в допросную!

     "Так. Я снова марабут! Что бы это значило?"

     Дюжий  Бродда с помощником, отдуваясь, подняли  тяжелое тело странника.

Блейд  не смог бы сопротивляться, даже при самом  сильном желании, скованные

руки  притягивала  к  ножным  кандалам  дополнительная  цепь. Ему  только  и

оставалось, что скрипнуть зубами.

     В допросной за длинным столом  сидел  все тот  же мужчина в плаще, дядя

Наоми, а  вот возле  пыточного горна, раздувая угли, стояла на  коленях дочь

Великой  Скрывающей  Лицо  собственной  персоной. На Блейда она  даже  и  не

взглянула -- впрочем,  и он сам едва скользнул  по  былой подружке взглядом.

Внимание  странника  было  приковано  к  распятой  на  стене  полуобнаженной

фигурке. Ее  скрывал полумрак, голова бессильно опустилась на грудь, так что

он не видел лица несчастной. Тамар? Или...

     -- Я вижу только какую-то бедную  девчонку, которую ты заставила играть

чужую роль, -- во весь голос заявил Блейд и засмеялся. Из горла его вырвался

отвратительный  каркающий хрип, распятая  вздрогнула,  но  так и не  подняла

взгляда.

     Элия  зашипела,  точно  рассерженная кобра.  Глаза  в прорези  капюшона

горели поистине дьявольским огнем, одним  прыжком она подскочила к пленнице,

рывком заставив ее вздернуть подбородок.