|
Две руки, две ноги, одна
голова -- вес, как у остальных людей. С плеч новоприбывшего ниспадал
просторный темноизумрудный плащ. На первый взгляд -- обычный воин... с той
только разницей, что это был воин Слитых. Однако с каждой секундой у Блейда
росло и крепло убеждение, что здесь что-то не так. Слишком тонок и строен
для мужчины... слишком изящен, женственен...
Неужели ему снова придется иметь дело с амазонками? С какими-нибудь
дикими девами-воительницами? Опыт общения с ними у Блейда уже имелся, и
притом немалый. Меотида, Тарн, Брегга... да еще история со снами о мире Двух
Галактик... хотя "снами" то происшествие назвать все-таки было бы не совсем
верно...
Так, значит, амазонка? Странник прищурился, стараясь разглядеть
мельчайшие детали. Пышностью бюста сия особа не отличалась, хотя это еще
ничего не доказывало, черты лица с такого расстояния без бинокля не смог бы
разобрать никто; так что Блейд постарался хотя бы понять, чем вооружен
неведомый пришелец... Или все-таки пришелица?
Короткий меч, на манер римского пехотного гладиуса, излюбленного,
"штатного" оружия легионеров... небольшой круглый щит... и, пожалуй, все.
Остального не усмотришь. Интересно, что теперь произойдет?
В последующие мгновения Блейд остро пожалел, что у него нет с собой
кинокамеры или же этой новомодной игрушки -- видео. Сумей он заснять на
пленку последовавшие события, ему была бы гарантирована бессмертная слава --
по крайней мере, в Голливуде.
Облаченный в плащ воин Слитых полуобернулся к лесу и призывно взмахнул
рукой. Где-то за деревьями раздался треск и шум, словно через чащу ломилось
целое стадо мастодонтов или бронтозавров. Как оказалось, это утверждение
было очень близким к истине. Блейд бы даже сказал, что неприятно близким.
Огромный краснолистный "вяз", что рос над самым речным берегом,
внезапно вздрогнул и, с хрустом выдирая из земли разветвленные корни, рухнул
прямо в водный поток. Взметнулась целая туча брызг, а на песчаном откосе
появилось страшилище, равного которому Блейд не встречал даже в ледяном аду
Северного Вордхолма.
Эта бестия оказалась трехголовой. Шея толщиной могла поспорить с
железнодорожной цистерной, в любой пасти свободно поместился бы
микроавтобус, глаза были диаметром в добрый ярд. Вслед за тремя головами из
леса зазмеилось длинное тело, покрытое вызывающе яркой чешуей; этому
дьявольскому отродью незачем было прятаться,
Тварь не имела ни ног, ни лап -- в которых, впрочем, совершенно не
нуждалась. Одно движение стремительного, несмотря на величину, тела,
состоящего, похоже, из одного скелета и мышц, -- и дракон оказался уже в
реке. Вода закипела; казалось, вот-вот обнажится речное дно. Блейд и глазом
не успел моргнуть, как бестия очутилась на другом берегу. |