Бенедикт внимательно всмотрелся в крайне расстроенное смуглое лицо и попросил:

— Вспомни, пожалуйста, все, что касается вчерашнего утра. Вернее, того промежутка времени, когда мистер Лоуренс показывал нам «Кохинор». Расскажи, что делал ты и что делали другие.

Кунвар недоуменно взглянул на хозяина, и тот сказал:

— Я попросил лейтенанта Пакстона мне помочь, так что отвечай ему.

— С чего мне начать, мой господин?

— С того, как я попросил тебя принести «Кохинор».

Слуга принялся старательно вспоминать:

— Вы и ваши гости позавтракали и перешли в гостиную. Я принес туда кофейник и чашки, поставил их вот на этот красивый круглый стол. Вы велели мне принести алмаз из вашей спальни. Я пошел туда.

— Дверь в спальню была заперта? — спросил Бенедикт.

— Да, господин лейтенант. Я отпер ее своим ключом и вошел. Коробочка с бриллиантом лежала на крышке комода.

Бенедикт вопросительно посмотрел на Лоуренса, и тот пояснил:

— Это я перед завтраком вытащил ее из ящика, чтобы не ходить за ней самому и не оставлять гостей. Продолжай, Кунвар.

— Я взял коробочку и вышел… Клянусь, я не открывал ее!

— Это не имеет значения, мы все после этого видели «Кохинор», — сказал Бенедикт. — Продолжай, пожалуйста.

— Дверь в спальню я оставил незапертой, как приказал мой господин. Я принес коробочку, положил на круглый стол, за которым все сидели и пили кофе. Мой господин вынул из коробочки алмаз. Гости стали по очереди брать его в руки и рассматривать.

Слуга сделал паузу, припоминая, и Бенедикт спросил:

— Ты не заметил: кто-нибудь выходил из гостиной во время показа? Или, может быть, входил в нее?

— При мне — никто. Но какое-то время меня там не было — я вышел в соседний зал, чтобы не мешать. Скоро я увидел, что пришел Малик Рам. Я проводил его к моему господину, и скоро они оба ушли. Гости тоже стали расходиться. Я подождал, когда все выйдут, и начал собирать чашки.

— «Кохинор» все еще был на столе, когда ты собирал чашки? — спросил Бенедикт.

— Нет, господин лейтенант, — уверенно сказал Кунвар. — Ни «Кохинора», ни коробочки на столе не было.

Когда слуга удалился, Бенедикт помолчал и произнес:

— Боюсь, сэр, мы можем сделать только один вывод: «Кохинор» украден.

— А я погиб, — вздохнул Лоуренс.

— Ни в коем случае, сэр! Мы вернем алмаз.

— Спасибо, мой мальчик! Именно об этом я и хочу вас попросить. Официальное расследование в данном случае неприемлемо: это оскорбит самых близких мне людей.

— Я тоже так думаю.

— Однако, как вы знаете, очень скоро я должен лично отвезти «Кохинор» в Бомбей. На поиски у нас есть всего лишь три дня, не считая сегодняшнего.

— Тогда не будем терять времени, сэр!

Они прошли в спальню — там царил настоящий разгром — и тщательно осмотрели замки в двери и в ящике комода, но не увидели на них никаких повреждений. Бенедикт не представлял, как бы он поступил, если бы следы взлома были обнаружены, но понимал: нужно действовать, потому что Лоуренс был близок к тому, чтобы пасть духом.

Они вернулись в кабинет. Бенедикт предложил:

— Сэр, давайте сами сделаем то, о чем просили Кунвара. Для начала перечислим тех, кто присутствовал вчера при показе.

— Ну, это просто, — оживился чиновник: — вы, я, полковник Шепард с женой, майор Невилл, мой секретарь и мисс Уорд.