— Сэр, мы должны использовать все оставшееся время! Вы столько сделали для Пенджаба, вы не можете уйти вот так!

— Ценю вашу преданность и уважение, которых, впрочем, не заслуживаю. Черт побери, — усмехнулся чиновник, — надеюсь, вы не думаете, что я напрашиваюсь на комплименты?

— Прошу, сэр, подождите хотя бы до завтра! — настаивал Бенедикт. — Позволю себе напомнить, что я тоже заинтересован в расследовании.

— Да, верно, вы говорили. Хорошо, до завтра, — уступил Лоуренс. — Так вы не видели моего секретаря?

Со стороны главных ворот крепости послышался шум приближающегося экипажа, и через пару минут к ступеням дворца лихо подкатила открытая коляска. Из нее выскочил Гарольд Кинни; он помог спуститься миссис Шепард и Эммелин Уорд и стал выгружать свертки и пакеты.

— Надеюсь, мы вас не задержали, мистер Лоуренс? — спросила жена полковника. — Гарольд сказал, что мы должны вернуться к десяти.

— Мы были на базаре, — радостно сообщила девушка. — Гарольд свозил нас. Смотрите, сколько всего мы успели накупить!

Ее щеки порозовели, глаза сияли.

— Кажется, вы недовольны, — озабоченно заметила миссис Шепард. — Эммелин была в ужасном состоянии. Когда Гарольд предложил посетить базар, я обрадовалась. Мы, женщины, так устроены, что поездка за покупками для нас — лучшее утешение.

Она виновато улыбнулась Лоуренсу.

— Я понимаю, — сдержанно отозвался тот. — Вы меня не задержали. Я рад, что Эммелин чувствует себя лучше.

Обе женщины просияли, подхватили свои свертки и направились внутрь.

— Кинни, вы меня не предупредили, — строго сказал Лоуренс секретарю.

— Вы сказали, сэр, что я не понадоблюсь вам до десяти, — вежливо напомнил тот. — Сейчас без четверти. Коляска готова, мы можем ехать. Бумаги при мне.

Он похлопал ладонью по кожаному планшету, висевшему у него через плечо.

— Весьма неосмотрительно брать с собой документы, отправляясь на базар, — сердито бросил чиновник и пошел к коляске.

— Я не выпускал их из рук, — заверил Гарольд его спину.

Он шагнул за Лоуренсом, но, задержавшись возле Бенедикта, негромко сказал:

— У патрона встреча с местными царьками — явились из горных районов. Будет внушать им основы цивилизованной жизни.

Бенедикт нахмурился: ему не понравился насмешливый тон секретаря. А тот едва ли не подмигнул ему:

— Оставляю наше сокровище на ваше попечение.

Гарольд вприпрыжку побежал к коляске. Бенедикт не успел ответить и только молча наблюдал, как коляска развернулась, стала удаляться в сторону главных ворот и наконец исчезла из виду.

В этот момент из глубины дворца послышался женский крик:

— Помогите!

Бенедикт рванулся во дворец. Крик повторился — он доносился со стороны апартаментов полковника Шепарда. Бенедикт помчался туда.

Дверь в комнату миссис Шепард была распахнута. У порога валялись купленные на базаре мелочи, а внутри было все перевернуто, словно там пронесся смерч. Сама женщина с кувшином в руке склонилась над кем-то, кто сидел на полу возле кровати, и этот кто-то был в юбке.

— Эммелин! — вскрикнул Бенедикт, бросаясь к ним.

Но это была не Эммелин — та замерла у двери, стиснув в руках покупки, — а ее служанка в безвольной позе прислонилась к спинке кровати. Огромные темные глаза индианки были распахнуты, но словно ничего не видели; по лицу стекали струйки воды, которую только что плеснула миссис Шепард; на скуле сочилась кровью длинная ссадина.