И тут случилась первая неожиданность.

— О, я с удовольствием им помогу! — с энтузиазмом воскликнула девушка.

Бенедикт в замешательстве посмотрел на Лоуренса. Тот неуверенно возразил:

— Право, мисс Уорд, вы очень любезны, но…

— Что вы, сэр! Разве можно им доверять такую серьезную задачу?! Они же возьмут только пиво и крекеры и, конечно же, забудут салфетки!

— Я предлагаю нам с вами и остальным приехать попозже.

— Нет-нет, сэр, я настаиваю: я поеду с ними.

— Ну, хорошо, — сдался чиновник и слегка пожал плечами, как бы показывая Бенедикту: ничего не поделаешь. — Кинни, велите закладывать коляску, прямо сейчас.

Гарольд сложил оставшиеся бумаги в папку и, учтиво поклонившись Эммелин, ушел.

И тут случилась вторая неожиданность: в приемной появился курьер.

— Срочные депеши из Амритсара, сэр! — доложил он, вытаскивая из сумки два увесистых конвертов.

Лоуренс и Бенедикт переглянулись в некотором замешательстве.

— Так я пойду собирать еду, — сказала Эммелин. — Как вы думаете, нам хватит сэндвичей или взять что-нибудь более существенное?

— На ваш вкус, мисс, — рассеянно отозвался чиновник, вскрывая один конверт.

— Хорошо, мы с миссис Шепард возьмем все, что нужно, и будем ждать во дворе.

Эту неожиданность Лоуренс пресек.

— Нет, мисс, — сказал он с улыбкой, но твердо, — я бы предпочел взвалить все хлопоты на плечи молодежи, если позволите. А мы, старики, явимся на все готовое.

— Старики! — прыснула девушка и ушла.

— Не будем отказываться от нашего плана, мой мальчик, — сказал Лоуренс Бенедикту. — Вам лишь нужно будет потянуть время до моего появления. Я постараюсь управиться побыстрее. А когда приеду, то отвлеку мисс Уорд. Не отчаивайтесь.

— Даже не думаю, сэр!

Дальше неожиданности посыпались одна за другой в таком количестве, что пересчитывать их не имело смысла.

Вскоре из крепости выехала набитая снедью коляска, в которой сидели Эммелин Уорд с Гарольдом. Бенедикт гарцевал рядом на своем вороном, на лбу у которого сверкал «Кохинор».

День выдался солнечный, но не жаркий (все-таки зима!), а долина реки Рави, протекавшей через город, была приятной для созерцания — идеальные условия для пикника. Дорога, повторяя плавный изгиб реки, пролегала между водой и краем леса, а на противоположной стороне почти плоской равнины простирались поля и виднелись редкие хижины. На одном участке течение во время половодья подмыло берег, обнажив скалистый пригорок. В этом месте в реку впадал небольшой ручей, а между огромными валунами была встроено колесо водяной мельницы; здесь всегда толпились люди — работали, набирали воду, обменивались новостями.

Тихое, уединенное место, где планировалось устроить пикник, находилось чуть дальше.

Однако оказалось, что именно сюда и именно в это время пастух пригнал на водопой стадо коров. Крупные, упитанные животные с горбом на загривке и внушительными рогами неторопливо и вдумчиво выполняли то, за чем пришли: утоляли жажду и отдыхали, равнодушно поглядывая по сторонам.

Путникам пришлось проехать дальше. Они миновали рощу и остановились на живописном открытом пространстве: деревья здесь отступали от воды почти правильным полукругом, образуя естественный амфитеатр. Река здесь была широкой — более трехсот ярдов, а берег — пологим, поросшим мягкой травой, с песчаной полосой у кромки воды.

Бенедикт с Гарольдом выгрузили припасы, расстелили плед и расставили складные стулья, и Эммелин с упоением принялась за сервировку. Бенедикт отпустил своего вороного пастись, а коляска была отправлена обратно в крепость.