«При чем же тут я?» — хотел спросил Бенедикт, но сдержался. Он заметил, что револьвер слишком тяжел для Эммелин, и ее тонкая рука периодически опускается. Он решил выбрать момент и отобрать оружие.

— Вы все испортили! Из-за вас все запуталось и пошло не так, как придумал Малик. Зачем вы только увязались тогда провожать меня в Бхаман? Если бы не вы, Гарольд отдал бы мне «Кохинор»!

«Ну и ну! — подумал Бенедикт и незаметно сделал полшага вперед. — Они что же — втроем сговорились?»

— Гарольд присвоил алмаз… Он обманул Малика…

«Это она искала камень у секретаря, пока мы гонялись за теми двумя ворами! — догадался Бенедикт. — Но кто же они такие?» Он переступил еще ближе к Эммелин.

— А потом моего возлюбленного убили, убили! Но я отомщу за его смерть!

Еще полшага — и можно будет прыгнуть и обезоружить ее.

— Тогда, в Бхамане, он обещал избавиться от вас! — в исступлении воскликнула Эммелин. — Почему, почему он этого не сделал?!

— Так это он напал на меня в лесу?!

Возмущенный, Бенедикт резко шагнул к девушке. Грянул выстрел.

Выстрел грянул — но вдалеке, со стороны водяной мельницы. Эммелин непроизвольно обернулась, и Бенедикт в ту же секунду прыгнул и ударил девушку по руке. Револьвер выпал, и Бенедикт мгновенно подхватил его. Девушку он на всякий случай оттолкнул, но не рассчитал силы — та упала навзничь, но тут же села, опираясь на руки.

Оба посмотрели на дорогу: в облаке пыли к ним мчался всадник, потрясая ружьем. Это был Джон Лоуренс.

Бенедикт вздохнул с огромным облегчением и помахал ему, показывая, что все в порядке. Теперь нужно только забрать у Эммелин алмаз…

Послышался треск разрываемой ткани. Бенедикт повернулся к девушке: сидя на песке, та рванула ворот своего платья, так что пуговицы полетели в разные стороны.

— Что… Что вы делаете? — изумленно спросил Бенедикт.

— Сейчас узнаете, — прошипела Эммелин, разрывая нижнюю сорочку и царапая обнажившуюся нежную кожу. — Один уже получил по заслугам, теперь очередь за вами!

Она откинулась назад, так, чтобы беспорядок в ее одежде был заметен издалека, и выставила руку вперед, как бы защищаясь. Бенедикт растерянно наблюдал за ней: не помешалась ли она?

Лоуренс, подскакав, соскочил с лошади и подбежал к ним:

— Что происходит?! Мисс Уорд, что с вами?!

Бенедикт хотел ответить, но его опередила Эммелин. Она судорожно прикрыла руками грудь и взмолилась:

— Помогите, сэр! Он сошел с ума!

Чиновник непонимающе нахмурился.

— Это Бенедикт украл «Кохинор»! А потом притворялся, будто ищет его! А сам спрятал камень в уздечке своего коня! — продолжала взывать к нему девушка. — Гарольд это обнаружил, а Бенедикт накинулся на него и потащил в реку. Он утопил несчастного, честного Гарольда! А потом предложил мне бежать с ним. Он был словно в горячке. Я отказалась, и тогда он окончательно лишился рассудка, набросился на меня, угрожал застрелить…

Она говорила страстно, в искреннем ужасе, и ни разу не запнулась. Изумление на лице Лоуренса сменилось недоверчивостью. Он вопросительно взглянул на Бенедикта.

А тот словно онемел. Неужели это то самое небесное создание, его великая любовь, предмет его мечтаний? Сейчас Эммелин даже не казалась ему красивой. Он снова почувствовал себя обернутой в вату елочной игрушкой.

Лоуренс взял его за плечи и встряхнул. Это помогло. Бенедикт пришел в себя и принялся рассказывать о том, что произошло.