Амалия ответила, что они идут учить господина Лиша стрелять и предпочитают это делать без свидетелей. Томас сказал: «Да-да, понимаю». Действительно, трудно было представить себе Рона с пистолетом. Она поднялась на чердак и увидела, что Берт с Роном перекладывают запасные - не пробитые пулями - мешки с песком, сооружая бруствер на огневой позиции, то есть напротив мишеней. Уложили четыре мешка - два в ряд, два в высоту. Зажгли лампы. Машинка в белой тряпке уже стояла под мишенями, на иссеченном пулями мешке с песком.

    -  Достань пушку, - приказал Берт Амалии, Она вынула ключ, открыла железный ящик с тренировочным оружием - среди пистолетов там лежал американский автомат КАР-15 Томаса - и спросила:

    -  Какой калибр прикажете, сэр?

    Берт подумал, погладил себя по верхней губе. Распорядился.

    -  А давай большой какой-нибудь. «Вальтер» наш любимый.

    Амалия вынула синий «вальтер» - она сама стреляла из такого, - сняла с верхней полки обойму, зарядила пистолет

    -  Ящик заафой! - зачем-то приказал ей Берт, как будто не она учила его непременно закрывать боеприпасы до начала стрельбы.

    Они втроем улеглись на маты за бруствером, Берт в середине. Он принял пистолет и внушительно распорядился:

    -  Ничком лежите, понятно? Скорее всего, рикошет пойдет сюда.

    Внезапно Рон нарушил свой вечный обет молчания непонятными словами:

    -  Не будем знать.

    -  А верно! - пробасил Берт.

    И тут Амалия наконец-то поняла - зачем выкладывали бруствер, почему надо лежать. Пуля не сможет пробить машинку, а значит, отскочит от нее, как от брони. Срикошетит. И нельзя будет понять: действительно она отскочила, или стрелок промазал.

    Амалия встала и пошла в угол, где валялись какие-то дощечки, фанерки, картонные коробочки от патронов. Выбрала коробку примерно того же размера, что машинка, подошла к мишеням и принялась устанавливать коробку перед машинкой, на нижнем мешке.

    -  А обезьянка у нас молодчина! - объявил Умник. - Левее чуть, еще… Хорош! - Когда она вернулась за бруствер, добавил. - А я бы не промахнулся, Ронни… Головы опустить!

    Амалия заткнула уши. Ба-кррах! - ударил выстрел, и сейчас же мешок, за которым лежала Амалия, вздрогнул.

    Пуля пробила коробку дважды - с полета и с рикошета - и вернулась почти что в ствол - на пять дюймов ниже и на три дюйма правее. Коробка слетела на пол, а из мешка лениво сочился песок.

    Увидев это, Рон заговорил опять. Объявил задумчиво

    -  Ничего не значит. Повернуть.

    На что Умник сейчас же возразил - тоже непонятными словами:

    -  Это не упругое тело, это поле.

    -  Не убедил, - сказал Рон.

    -  Не убедил? А ну, поверни штуковину на сорок пять градусов!

    Тогда заговорила Амалия. Она сидела на корточках у мешка, ковыряя пальцем в пробоине, но говорила официальным голосом.

    -  Господа, я протестую. Если вы желаете повторить опыт, я буду настаивать, чтобы вы сначала оборудовали стенд. Джо, вы уцелели случайно, поскольку пуля могла попасть в вас. Напоминаю: я отвечаю за вашу безопасность.

    Умник нагло осклабился и объявил, что, нажав на спуск, он сию же секунду опустил голову. Амалия вежливо улыбнулась и сказала, что интервал между выстрелелом и рикошетом был никак не больше двух сотых секунды, а время человеческой реакции никак не меньше одной десятой, так что господину Тэкеру просто повезло - пуля попала не в его высокомудрый лоб, а в мешок.