|
- За это я не познакомлю его с Абрахам-Уиперли-Кости, - сказал Безил, когда полковник Плам ушел. - Неужели мы правда поймали субчиков из "пятой колонны"? - спросила Сюзи. - Не знаю, кто это "мы". Я поймал. - Их расстреляют? - Ну, не всех. - Какой позор, - сказала Сюзи. - Остается только надеяться, что все они слегка того. За удовольствием, с каким он расставлял ловушку, Безил не предусмотрел последствий своего шага. Два часа спустя, когда полковник Плам вернулся в отдел, события полностью вышли из-под контроля Безила. - Они там, в Скотленд-Ярде, пляшут от радости, - сказал полковник Плам. - Превозносят нас до небес. Все уже тщательно подготовлено. Нам выписан особый ордер на арест авторов, издателей и типографов, но, по-моему, типографов-то не стоит особенно ворошить. Завтра утром Силк будет арестован в министерстве информации. Одновременно будет окружена и занята фирма "Рэмпоул и Бентли", изъят весь тираж журнала и вся корреспонденция. Все сотрудники фирмы будут задержаны и назначено расследование. Что нам сейчас нужно - это описание Почечуя, Гекльбери и Абрахам-Уиперли-Кости. Этим вы и займетесь. А мне пора к министру внутренних дел. Многое в этой речи не понравилось Безилу с самого начала, и еще больше - когда он пораскинул мозгами что и как. Во-первых, выходило так, что вся честь и слава доставались полковнику Пламу, а ведь это он сам, Безил, - так ему казалось, - должен бы пойти к министру внутренних дел; он сам должен бы планировать в Скотленд-Ярде завтрашнюю облаву; его самого должны бы превозносить до небес, как выразился полковник Плам. Нет, не для того он замышлял измену старому другу. Полковник Плам явно зарвался. Во-вторых, сознание того, что он стал на сторону закона, было Безилу в новинку и ничуть не приятно. В прошлом полицейские облавы всегда означали для него бегство через крышу или полуподвал, и ему делалось просто стыдно, когда о полицейской облаве говорили запросто и чуть ли не с теплотой. В-третьих, не сильно веселила его мысль о том, что скажет Эмброуз. Если даже он будет лишен права открытого суда, то ведь все-таки должно же быть какое-то расследование, и ему представится возможность дать объяснения. Его, Безила, долю участия в редактировании "Памятника спартанцу" лучше бы прихоронить, как забавный анекдот, который можно рассказать в подходящей компании в подходящее время, но уж никак не делать предметом официального полузаконного разбирательства. И наконец, в-четвертых, в силу давних приятельских отношений Безил питал понятную симпатию к Эмброузу. При прочих равных условиях он желал ему скорее добра, чем зла. Такие вот соображения, и именно в такой последовательности, соответственно степени важности, занимали ум Безила. |
