– А о чем вы разговаривали за ужином?

– Знаете, мне кажется, на самом деле она была очень одинока, потому что все время говорила о себе. Может, это потому, что мы весь день проговорили обо мне. Кое‑что рассказала о своей прошлой жизни в Нью‑Йорке. Да, я сейчас вспомнил одну вещь. Это может показаться вам интересным. Она говорила, что пытается решить, кто же будет героем ее следующего очерка. И упоминала об одном мужике, который, по ее словам, уже просто ее достал, лишь бы она о нем написала. Да только вот ей он был нужен как корове седло.

– А чем он занимается?

– Да вроде тряпками с гавайской символикой – платьями там, рубашками...

– А что он делает с этими тряпками? – быстро спросила Риган.

– Кажется, разрисовывает или что‑то в этом роде. Дизайном занимается, короче говоря. Но Доринда считала, что он завзятый капиталист. У него, дескать, денег куры не клюют, так что ему нет нужды гнуть спину, чтобы сделать вторую карьеру на Гавайях. Стоит ему только захотеть, он может хоть завтра бросить работу и жить припеваючи. Потому‑то она и считала, что он не подходит для «Райского блаженства». Да и редактор был с ней согласен на все сто. Но старик Бун им понравился!

Риган не верила собственным ушам. Неужели он говорит о боссе Джаззи?

– Похоже, Доринда была с вами вполне откровенна, – заметила она.

– Просто я умею слушать. Думаю, это у меня еще с тех времен, когда мы всей кучей сидели вокруг костра...

– Угу. Понятно. – Риган вежливо распрощалась и поспешно завершила разговор, предварительно пообещав, что если по случаю окажется на Большом острове, то непременно заглянет к нему на ранчо, чтобы немного «протрястись», аккуратно записала его домашний и сотовый номера телефона и с облегчением отключилась. Затем она сразу же набрала внутренний номер Уилла:

– Джаззи еще у вас?

– Нет.

– Тогда я сейчас буду. Нам надо срочно поговорить.

– Жду вас у себя, – вымученно выдавил из себя Уилл. – Мне тоже надо с вами поговорить.

31

Джой взяла напрокат один из отельных шезлонгов, намазалась лосьоном и устроилась на песке недалеко от наблюдательной вышки; вместе с тем и не слишком близко, чтобы не бросаться в глаза. Зик стоял на посту, не отрывая взгляда от купающихся, и она наслаждалась тем, что каждые несколько минут украдкой бросала в его сторону кокетливые взгляды. Она знала, что он тоже поглядывает на нее, но делала вид, что с головой ушла в изучение журнала.

Господи, скорее бы вечер наступил, подумала она. А вдруг у нас все получится, и он, не ровен час, предложит мне к нему переехать? Тогда я наконец смогу выбраться из этого убогого Хадвиля. Теперь, когда я выиграла эту поездку, меня уже никакими коврижками не заманишь в этот медвежий угол. Поскольку во второй раз бесплатная поездка мне уже не обломится, в жизни больше не пойду на их дурацкие собрания. Джой не могла поверить, что ее родителям было по душе такое житье. Мать искренне считала, что Хадвиль – идеальное место для жизни, если хочешь избежать морщин. Лучше всякого лифтинга, частенько говаривала она. Джой придерживалась на этот счет иного мнения.

Боб и Бетси, в слаксах и камуфляжных шляпах, прошествовали мимо нее к кромке пляжа. Эти двое явно с приветом, подумала Джой. Сами же сказали за завтраком, что собираются целый день проторчать в номере, описывая свои распрекрасные отношения, разве не так?

Ну и группа у нас подобралась, подумала Джой, возмущенно покачивая головой. Просто невероятно! У нас же ровным счетом ничего общего! Ив и Герт, Арти, Фрэнси, Боб с Бетси и я... И только близнецы мотаются на Гавайи каждые три месяца.