ними  стало,  никому  не  было известно, но мало  кто  надеялся,  что в  том

огненном аду хоть кто-нибудь уцелел.

     Теперь же в пяти футах от лица странника  маячила сгорбленная  рюкзаком

спина,  над мешком торчал заросший темными лохмами  затылок. В этом человеке

чувствовалась недюжинная  сила -- как  мышц, так и духа. Блейду не хотелось,

чтобы этот великан оказался когда-нибудь его противником.

     То  ли местность стала  повышаться, то  ли --  что  более  вероятно  --

согретый  неяркими осенними лучами  туман  стал растекаться, словно  вода из

разбитой посудины. И хотя люди  брели все еще по пояс в его холодных влажных

волнах, но сквозь  полысевшие ветви деревьев стало то тут, то там приветливо

проглядывать солнышко. День перевалил  за половину  и пора было готовиться к

обеденному привалу.

     Наконец впереди показалась поляна -- достаточно просторная, чтобы можно

было увидеть вовремя любого приближающегося врага, и относительно сухая.

     Доктор замер на опушке,  долго  стоял, поглядывая в разные  стороны,  к

чему-то принюхивался и  прислушивался, потом  одним  рывком  сбросил в траву

мешок и произнес только одно слово: "Тут!"

     Все с облегчением начали опускаться на землю.

     Охотник, шедший  до того  впереди, принялся разжигать небольшой костер,

но дело у него не очень-то ладилось, и Блейд пришел ему на помощь. Охотник с

недоверием покосился на новичка, но от компании отказываться не стал: вместе

выходило значительно быстрее.

     После   обеда,  в  час,  отведенный  для   отдыха,  Блейд  хотел   было

переговорить с Доктором, но увидев,  что тот дремлет, откинувшись на рюкзак,

не  стал ему  мешать. По  собственному  опыту странник знал, что в  подобных

ситуациях люди просыпаются отнюдь не в лучшем настроении, а  разговор, как и

его последствия, сейчас во многом зависели от командира.

     Поэтому приходилось отложить беседу -- по крайней мере, до вечера.

     Отдых закончился. Посуда была вымыта в ближайшем ручье, собрана и вновь

упакована; мешки подняты на плечи, автоматы  повешены на грудь -- так, чтобы

их в любой момент можно было пустить в дело.

     Теперь Блейд опередил Молчуна и  шедшего третьим Рыбака,  пристроившись

сразу за спиной Доктора.

     Спустя  час после  отдыха отряд вышел на шоссе,  идти стало значительно

лете,  строй сбился  -- кое-кто  пошел  рядом  с приятелем, сзади послышался

негромкий разговор, смех, шутки. Странник решил воспользоваться моментом.

     Отмеряя футы и ярды дороги, он догнал Доктора и пошел рядом с ним.

     -- Далеко еще?

     -- Завтра к вечеру выйдем на место.

     -- Надежное?

     -- Да. Глухомань...

     -- В лесу?

     -- На побережье...

     Доктор был  неразговорчив -- даже  здесь,  на  дороге,  идти  с тяжелым

мешком за плечами было нелегко и желания вести беседу он явно не испытывал.

     Блейд, шагая по-прежнему рядом с командиром, принялся решать  очередную

загадку: если идти до резервной базы всего два дня, то зачем они тащат такую

тяжесть.